Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Умом Россию понять: О загадочной русской душе, силе и слабости нашего народа

Россия — единственная страна, что постоянно жалуется на саму себя. Не критикует, а именно с отвращением бежит от зеркала. Причем отвращение гармонично сочетается с патриотизмом: тут тебе и передовые научные достижения, и огромные границы, и неповторимая художественная литература, и наконец, военная мощь. Несмотря на вердикт поэта, все-таки попытаемся понять родину умом, а также обсудить некоторые сопутствующие темы.

Центробежная сила

Европейцу или азиату действительно Россию не понять, ведь она немного Европа и немного Азия, а в итоге уникальный мир. Своя же уникальность никак не дает покоя русской душе, потому что она порождает одиночество. Азиат четко знает, как устроен мир и как в нем жить, у него есть образец – соседствующие азиатские страны. У любой страны, кроме России, есть образец, что прибавляет им уверенности.

У нас же очень остро стоит вопрос о Боге и религии. Единственное, на кого остается ориентироваться, это Бог, отсюда рождается убежденность в своей богоностности. У всех народов Бог сопряжен с совестью, а значит справедливость — наиболее востребованная ценность России. По этим причинам жить по закону в России сложно, люди пытаются жить по совести.

Однако человек (пусть даже русский) чаще слаб и ограничивает влияние совести на свое ближайшее окружение. Не случайно по связям у нас можно сделать гораздо больше, чем по закону или через социальные лифты. В принципе связи первичны в любой стране, но в России без связей тебя просто не существует. Их отсутствие будет давить на личность как материально, так и эмоционально. Давить очень жестоко. Если у тебя нет друзей, значит ты как бы не дружишь с Богом, на приблатненном языке – чёрт.

Ценность справедливости и Бога — лишь одна параллель реальности, вторая более приземленная продолжает смотреть на западно-восточных соседей и чувствовать свое одиночество, что провоцирует ощущение неполноценности. Поскольку успешнее оказался Запад, рождается гипертрофированное поклонение западному человеку.

В последние годы ситуация меняется и автоматически появляется масса поклонников Азии. Некоторые русские знают о достоинствах азиатов, больше чем сами азиаты.

Фруктовые ларьки и социальный максимализм

Меня не первый год удивляет обстановка во фруктовых ларьках. Любой даже самый злой и неприветливый русский во фруктовом магазине совершенно другой человек: «Здравствуй Заид, братуха, как твои дела? Отдыхал вчера? Че-то я тебя не видел. Дай полтора кило помидор…. Ну да ладно, давай два. Удачи тебе, хорошего дня, братан». Порой в своей стране чувствуешь себя чужаком, потому что ко мне так обращаются самые близкие люди, среди остальных сложно избежать грубости. Отвращение к самим себе переходит все рамки разумного.

Только русские на вопрос «почему вы такие тупые?» могут ответить: «Да мы те еще тупицы, ничего не поделаешь». Давно заметил, что русские туристы не любят места, где есть русские туристы. Зато хлебом не корми, дай понастроить заводов где-нибудь в Афганистане, получив «в благодарность» добротный поток наркотрафика.

У нас межнациональный брак не просто заманчивая экзотика, а скорее личностный рост. Ведь женщина (иногда и мужчина) может отнести себя к части какого-то конкретного мира, а не к подвешенной в воздухе стране. Центробежная сила России непонятна или вовсе противна в первую очередь нам самим. Такое ощущение, что Россия — это не люди в ней живущие, а самостоятельная энергетическая единица, вобравшая в себя определенное количество людей.

Невозможность понять самих себя рождает чрезмерную требовательность к представителям своего же русскоязычного мира. Некий социальный максимализм.

Русские могут сколько угодно смотреть на зарубежных пьяниц, но за две рюмки водки алкашом назовут именно нашего мужика. Родину он должен защищать не иначе как кровью и тяжёлой работой. «Солдат не жалеть, бабы еще нарожают». Вальяжно рассуждать, в комфорте строить какие-то планы можно иностранцам, а нам нельзя. Это словно не патриотично.

Фраза «нет пророка в своем отечестве» больше всего к лицу именно России. У нас не любят, когда кто-то умничает, для того чтобы корчить из себя умника, надо заслужить это право. Стать каким-нибудь профессором, написать хотя бы пару книг и никогда в жизни не допускать орфографических ошибок. Но даже идеальность вряд ли поможет, ведь куда более умным, мудрым и замечательным мыслителем будет любой из заграничных интеллектуалов.

Футбол

Сложно сказать, научится ли Россия играть в футбол, потому что в отличие от хоккея она не терпит двойного подхода. Успех советского тренера Тарасова в том, что он совместил темперамент с комбинациями, эмоции с конкретикой. Маленькая хоккейная площадка позволяет уместить два в одном. Это легко дается России, ведь она наполовину конкретна и наполовину темпераментна. У нее нет ничего абсолютного.

В футболе все по-другому, поле довольно большого размера и требует одного подхода, иначе команда быстро измотается. Кубок достанется либо четко организованной немецкой машине, способной отработать десятки комбинаций, либо темпераментному духу южан. Темперамент создает противнику эффект неожиданности. Когда вы даете полет фантазии, будто танцуя с мячом, вашу игру сложно предугадать. Но с другой стороны, когда вы разобрали по полочкам все предыдущие ошибки, вам удастся предугадать южанина, задавив его планомерной атакой.

Чтобы Россия хорошо научилась играть в футбол, ей нужны не только хорошие спортивные школы, ей нужно подстроить футбол под себя.

Например, в нападение ставить ребят исключительно с хорошей фантазией и изящной техникой, своего рода танцоров. В защиту пустить тех, кто соображает геометрически, а в полузащите допустить компромиссы. Хотя и эта стратегия просто мыслительная попытка найти выход из ситуации. Ведь русский нападающий всегда будет наполовину конкретен, а защитник наполовину танцор.

Тем не менее, философская причина наших футбольных неудач мне кажется очевидной. Почему первым чемпионом Европы стал СССР тоже понятно. В те времена скорость футбола была не столь огромна, финты почти не использовались, темперамент играл минимальную роль. Нужна была высокая организация команды. Уровень организованности Советского Союза лидировал почти по всех сферах жизни. Так же и философская подоплека немецкой слабости в хоккее весьма прозрачна. На одних организованных схемах там далеко не уедешь. Русским в хоккее уютнее.

Духовность

Это немного абстрактное и труднообъяснимое понятие, логичнее будет говорить о сентиментальности, которая находится в жесткой оппозиции к цинизму. Традиционная русская душа (скорее далекая от современности) всегда была очень сентиментальной и не переносила циников. Все сантименты кроются в душе, а она более всего ценит прошлое. Вообще душа — категория прошлого, тело находится в настоящем, а дух стремится куда-то вперед, т.е. в будущее. Не зря говорят бойцовский дух, а не душа. Драка требует сосредоточенности на конечном результате.

В России прошлое — наиболее ценное состояние времени. Вам не хочется с ним расставаться, поэтому вы будете очень бережно хранить барахло на балконе, плакать, когда поезд с любимым человеком все быстрее отдаляется вперед, и у костра под гитару вспоминать ушедшую молодость.

В той или иной степени духовен каждый народ, и все-таки любовь к прошлому наиболее отчетлива у русских.

С одной стороны сентиментальность прекрасна, но по этим причинам новые идеи в России не реализуемы или чрезвычайно сложно реализуемы. Если идею реализовали где-то на Западе, значит она уже перешла в состояние прошлого. Нет ничего зазорного в том, чтобы повторить. Да и кто будет спорить, что дяде с Запада виднее как сделать лучше. Многие скажут, мол, капиталистический мир намеренно мешает России реализовывать свои проекты, поэтому басни про душу излишни. Но стоит задуматься, почему никому не мешает Россия. Тут все гораздо глубже.

Как-то одна медийная персона — Андрей Кочергин посетовал, что в России верят только мертвым. Логично, ведь мертвые остались в прошлом, значит, душе их проще понять. Не случайно в России так хорошо прижилось учение о воскресении мертвых. Чаще именно в нашей стране до изменений (например, до модернизации) бывает лучше, чем после изменений. Или если не лучше, то элементы определенного хаоса распространятся почти на любое новшество.

Это бессознательное стремление к связи времен. Совершенно глупое с точки зрения материального мира, но логичное для душевного равновесия русской среды. Русские дороги не могут повсеместно выровняться не только потому, что есть коррупция, страна большая и климат суровый. Их тотальная ровность означала бы уверенное стремление исключительно в будущее. Никакой романтики.

В России не любят ход времени и не хотят с ним мириться. Русский человек постоянно пребывает в некой нирване, блаженствует настоящим моментом, думает о будущем (связывая его с прошлым), поэтому часто опаздывает.

Настоящий момент, с его границами времени, как бы замыкает нас в оковы. Не скажу, что опаздывают одни русские, но причинно-следственная связь наших опозданий не безответственность, а подсознательное желание сломить время. Уже после 35-ти все считают себя стариками, сознание не выдерживает натиска реальности. Преклонный возраст хоть и уважаем с точки зрения накопленного опыта, но в принципе неприемлем. Русские меньше остальных готовы жить в старости, а потому комплексуют перед ней. Старость — это всё то же самое невыносимое будущее.

Счастливый случай и чувство юмора

Чтобы прошлое запомнилось наиболее ярко, лучшие моменты настоящего должны происходить спонтанно без всякой предварительной организации. Что-то планировать, например, заранее бронировать столики в ресторане, мы научились на Западе. Россия в своей основе не терпит планов, планировать должен Бог (случай).

Лучше не говорить русскому человеку, что-нибудь в стиле «возьми с собой фотоаппарат, красную куртку и кусочек лимона. Петя любит фотографироваться, но для этого ему нужно немного выпить. Скорее всего, он опять выпьет лишнего, на утро ему понадобится лимон. И когда он пьян, более всего к лицу ему красная куртка». Подобные речи провоцируют массу шуток или насмешек. Куда веселее сделать спонтанные фотографии, а там Бог рассудит, как получится лучше, и заранее знать дозу выпитого тоже не весело.

Вообще юмор в России вездесущ и не всегда уместен. Можно говорить сколь угодно серьезные вещи, они всегда могут быть обсмеяны.

Находясь посередине между Европой и Азией, любая строго азиатская либо европейская линия поведения вызывает критический смех. Иностранцы редко смешат русских (они перед ними трепещат), но если свой человек становится излишне рациональным, риск попасть под каток критического юмора очень велик. Чрезмерная щепетильность на азиатский манер тоже будет высмеяна. Например, трепетание перед разного рода лидерами или социальными классами высмеиваются с куда большей агрессией, нежели рационализм.

Изобретательность

Если мы только и делаем, что повторяем за другими, тогда откуда берется изобретательность? Откуда все эти полеты в космос и таблицы Менделеева? История самого Менделеева дает четкий ответ на этот вопрос, и он может быть исключительно религиозным. Любая русская идея прилетает неожиданно свыше, она интуитивна и никак не вызвана необходимостью монетизации. В какие-то моменты цивилизации суждено сделать очередной скачок, и высший разум раскидывает идеи в информационное поле. Чаще всего туда, где расположена центробежная сила, т.е. в Россию. Бог не слева и не справа, он посередине.

Но сама по себе русская духовность (сентиментальность) и одновременно чувство неполноценности совсем не предрасположены к новшествам.

Любое серьезное новшество в России спонтанно и не подчинено человеческим прихотям, скорее, это дух времени. Время потребовало, чтобы Зворыкин изобрел телевизор, Запад подхватил и монетизировал его идею. Времени понадобилось, чтобы Горохов дал старт компьютеризации, позже через пространство идея подхватывается опять же заграницей. 

Нельзя сказать, что абсолютно все научные открытия стартовали в России, но в большинстве случаев проходят через нее. Сколь бы долго мы не запрягали, быстро ехать заставит высший космический разум.

Свобода

Мыслительная свобода — первичное условие гармонии русской души. По большому счету в России нет никаких ограничений. Россия — миникопия вселенной, она вмещает в себя абсолютно всё. У нас можно ругать любой режим и любой социальный класс. Ведь больше нет ни одной страны, которая бы пропустила через себя монархию, социализм и демократию.

У нас допустима критика любой из этих форм власти. Причем социализм вмещал в себя целых три совершенно разных периода. Условно досталинский — террор в чистом виде, сталинский — стремительное развитие с инерцией террора и послесталинский — постепенная деградация с инерцией развития.

В каждый из трех периодов была совсем разная идеология. У первых большевиков это справедливость на крови, в разгар сталинского правления – справедливость на базе взаимовыручки и с хрущевских времен ориентация на потребление под предлогом развития. В первую очередь для элит.

Пропустив через себя абсолютно все, Россия в какой-то степени обрела себя. Сегодня она смотрит свысока на любые формы правления, включая демократию. Хотя мыслительная свобода проявлялась во все времена. Начиная с первых царей фактически мононациональное государство легко превращается в многонациональное. Без всякой эксплуатации.

В СССР, несмотря на жесткое идеологическое противостояние, еще в 40-х годах появляются стиляги. В закрытом Советском Союзе преподают, казалось бы, вражеские языки (английский и немецкий) и снимают фильмы про ковбойцев.

Без мыслительной свободы Россия перестанет быть центробежной силой и должна будет четко связать себя либо с Западом, либо с Азией.

Физическая сила

Глубоко в подсознании духовные силы для русских намного важнее физических. Но лишь глубоко в подсознании. На бытовом уровне эти глубины проявляются в простейшей формуле: если ты никак не выделяешься интеллектуально (духовно), будь добр компенсировать недостаток умением дать по морде. Понятно, что большинству людей не до интеллектуальности, а потому ценность физической силы огромна. Да и не каждый будет разбираться, насколько ты интеллектуален (одухотворен), но вопрос о физической силе встанет незамедлительно. Иными словами, Россия не переносит любые формы слабости, что исключает лояльность к человеку и тормозит ее развитие.

Из-за отсутствия лояльности к слабой личности огромный потенциал в лице «слабых» либо затухает внутри страны, либо бежит за границу. Как они сами выражаются, «уехали от быдла». Здесь нужно отдать должное Советскому Союзу, который как мог выбивал эту черту характера. Интеллектуально и духовно отстающих он образовывал и давал нравственные ориентиры.

Защищались и физически слабые. Может, не всегда успешно, но, в общем и целом «не драться» было одним из основных требований советского воспитания. Игнорируйте «крутых» мужиков, что рассказывают о своих подвигах бойца в советской школе. Это все происходило там, где пропаганда давала сбой. В первую очередь по причине отхода от сталинской модели управления, где «крутые» мужики предпочитали лишний раз не демонстрировать свою крутизну. Боялись.

Даже в «Приключениях Шурика» главный герой совершал невероятные подвиги без единого удара по морде. Что относится к подлинной советской пропаганде на сталинском фундаменте. Незадолго до перестройки появляется мода на непонятное каратэ, а затем на всякие боевики, это возвращает русских к традиционно излюбленному мордобитию. Тем более сокращались духовные ценности. В глубинах нашего подсознания духовность первична. И страшно, когда вместо нее появляется единственно возможная альтернатива. Без альтернативы мы жить не можем.

Отдельный разговор — отношение русских (вообще россиян) к армии. Наконец-то у нас существенно побороли дедовщину, улучшили условия жизни солдат, как по всей стране разнеслось нытье, дескать, армия превратилась в детский сад. Мол, как же было здорово, когда деды строили «духов», да так отлично строили, что ненавистные слабаки вешались и стрелялись. Видите ли, армия вычленяла самых сильных. И как-то никому не приходит в голову, что в исторические моменты при цветущей дедовщине наша армия наиболее смешна. В 90-х во время позорной чеченской войны или в Афганистане.

Победы были как раз во Вьетнаме, когда на все том же сталинском фундаменте убилась дедовщина. Или в 2014 году мы за неделю освобождаем Крым, но армия «превращена в детский сад». Неужели непонятно — любая психологическая напряженность в своих рядах только на руку противнику? Сегодня современные гаджеты немного переводят агрессию в медиасреду, но общая картина остается прежней. Надо признать, славяне в России далеко не самые ярые любители физической силы, но это уже другая тема.

Доброта

Гуманность на Руси специфична и не всегда ее можно назвать гуманностью. Не будем обсуждать откровенно эгоистичных отморозков, коих в России, как и везде, хватает. Обратим внимание на среднестатистическую русскую душу. Она не любит человека как такового в его физической оболочке с набором телесных потребностей. У нас человеческая жизнь, действительно, менее значима, чем на Западе. Однако, если в России не всегда любят человека, то точно любят Бога в человеке. У атеистов Бог заменен обычным набором нравственных и моральных качеств.

Когда русский в своем кругу выделяет персону, в которой он видит особую душу (нравственность, мораль), жизнь этой души для него безумна важна. Гораздо важнее, чем для иностранца жизни обычных окружающих.

Иностранцы молча уважают любую жизнь, намного реже выделяя фаворитов. Поэтому они менее агрессивны к незнакомцам. Им психологически проще показать фальшивую улыбку.

В каком-то смысле Россия отстала. Подсознательное стремление к «богочеловечности» не позволяет создать комфортных условий для каждого «грешного». С другой стороны нет никакого драйва в жизни во имя комфорта. Комфорт ради тела, а не внутреннего прогресса приводит к серьезным психологическим проблемам. Видимо, не случайно в благополучной Финляндии или Японии так много самоубийств.

Но опять же, духовная ценность личности неизбежно приводит к значимости исключительно своих друзей и родственников. Ведь как сказано выше, мы чаще слабы, а потому способны узреть духовность только в своем окружении. На остальных плевать, пусть хоть помрут.

Так или иначе, русский подход адекватнее или, точнее, перспективнее. Комфорт дело наживное, он все равно повышается с течением времени. Но стоит нашим детям выработать привычку уважать лишь телесную оболочку, как пути назад не будет. Духовные ценности назад уже не возвратишь. Причем мало кто будет спорить, что бывают «телесные оболочки», заслуживающие жестких репрессий, а не уютного существования, как это принято в Скандинавии. Например, серийные убийцы не могут быть достойны хороших материальных благ. В них нет Бога.

Интуиция и комплексы

Кошка или собака с помощью звуков и жестов не могут передать полноты своих чувств. Чувства человека куда более многообразны, и объяснить каждое из них он так же не в состоянии. Все объяснимое умещается в конкретные логические цепочки и столь же конкретно артикулируется.

Поскольку русская душа вмещает в себя невероятный спектр чувств, зачастую она не дружит с конкретикой. Умение намекать «дать понять» или интуитивно почувствовать, что тебе «дают понять», невероятно важные умения в России.

Сложно что-то прямо сказать, если ты хорошо чувствуешь, как могут отреагировать на тебя окружающие. Русская душа понимает, где человек может обидеться, смутиться или замкнуться в себе. Поэтому русские гораздо закомплексованнее тех же американцев. Американец не особо задумывается, как думают о нем окружающие, а Ваньке и думать не надо, он это заочно пропускает через себя. Настолько сильно проникается эмоциями других людей, что нередко они переходят в защитную реакцию – агрессию, неадекватные шутки, замкнутость и желание слиться с толпой.

Если у англичан или в арабской культуре замкнутость может носить прагматичный характер (с целью получить выгоду), то в России это банальная боязнь, что окружающие уловят в тебе ту негативную эмоцию, которую ты точно так же улавливаешь в других. Перед страхом такой ситуации среди русских часто возникает недопонимание. Из-за чего частенько бывает сложно о чем-либо договориться.

Большой акцент делается на интуицию, но чрезмерный упор на интуитивное мышление мешает в строго организационных вопросах. Конечно, за деньги вас понимают намного лучше и конкретней, но деньги еще ни разу не стимулировали в России никакого прогресса. Они нам приносят кратковременную выгоду. Ваня-дурак не буквально дурак, а скорее, ввиду отсутствия прагматизма.

Зато невероятно ценен не закомплексованный типаж. Человек с русской душой, но не замкнутый в себе, своего рода новатор. Он, ощущая весь спектр эмоций других людей, превосходно комбинирует между ними, оставаясь при этом открытым, и, как правило, демонстрирует более конкретное поведение. Именно такой типаж заметно выделяется в массах. Не буду заострять внимание на очень известных личностях, в качестве примера приведу Сергея Мезенцева и Владимира Маркони. Думаю, на их веселое творчество стоит обратить внимание каждому, кто считает себя интеллектуалом.

Богатство

Традиционная Россия не любит богатых, и здесь не нужно глубокой аналитики. Нелюбовь русских к чрезмерно богатым объяснима на поверхностно логическом уровне. По состоянию на 2017 год можно смело констатировать — богатые со своей конкуренцией и свободным рынком завели мир в массу кризисов и неразрешимых конфликтов. По той простой причине, что они не любят делиться и почти не думают об окружающих.

Достоевский косвенно подверг критике даже царя. Жена Мармеладова, умирая от чахотки и нищеты, в бреду кричит: «К государю, к государю, к самому царю побегу, милосердому, в ноги брошусь». Читателю четко понятно, что Катерина бредит, царь хоть и в двух шагах, но ее проблемы «милосердному» не интересны, как и проблемы остальных нищих.

Богатство у нас не средство развития цивилизации, а роскошь. Без сомнений, это справедливый подход, но у него есть побочные эффекты.

Во многих других странах деньги стали целой культурой, сопровождающей развитие. Поэтому их богачи ведут себя в сотню раз скромнее, они признали деньги культурой или скорее религией. Но к чему приводит бескультурное богатство, видно на примере России.

Деньги для нас не средство выживания, а средство потребления. Выживаем мы с Божьей помощью, а за деньги шикуем. Чем больше у русского денег и гарантий безопасности, тем больше он их показывает.

Поведение наших элит — наглядная демонстрация того, что большие деньги редко приводят к чему-то хорошему. На примере Запада деньги можно перевести в систему культуры, но тогда они все равно приводят к кризисам. Что тоже наглядно видно.

Русский мир может ужиться только с равномерным распределением денег и минимальным количеством сверхбогатых. Другого не дано. Нищий социализм по типу позднего СССР нам тоже не подходит. Потому что он не распределяет богатства, а сокращает их, разбрасывая остатки населению. Если где-то сокращается потребление, значит, кто-то из богатых на этом наживается.

Корневая Россия в принципе против любых богатых, она за достаток и справедливость. Самым эффективным управленцем не только в России, но и скорее во всем мире можно назвать Сталина. Более безденежного правителя у нас еще не было. По результатам опросов, у него до сих пор самые высокие рейтинги.

Москва

Столица нашей родины не лишена концептуального смысла. Например, Нью-Йорк сложно назвать Америкой, он, скорее международный город на американской основе. Смысл один – работа ради работы, деньги просто культурный фон. Вашингтон — место, где сидит высшая администрация, ни больше, ни меньше.

Москва же – материальный эквивалент русской духовности. Широта нашей натуры отражена широтой проспектов и площадей.

Метрополитен красив, словно вечно накрашенная российская девушка. Материальная и медиаиндустрия столь же разнообразна, сколь разнообразен наш сложный внутренний мир. Городская энергетика зашкаливает. Это даже не сочетание Востока и Запада, а некое свободное пространство выше всякой культуры, но пустившее к себе, как Запад, так и Восток. Поэтому там умирают ментальные стереотипы, а во главе угла стоит суть времени – основная тенденция.

При Рюриках сутью времени была демонстрация мощи еще молодого государства. При Петре I, поскольку столица оказалась в Питере, Москва наряду с Новгородом осталась хранителем русского духа, ведь Петербург во многом зарубежный город. При СССР Москва — главный символ индустриализации и архитектурный образец остальной стране.

В наши дни единственная суть – это деньги. Нигде в России их так не любят, как их любят в Москве. Трагичности добавляет тот факт, что Москва со своей миссией существует сама по себе, а люди, в ней живущие, сами по себе. Никакие миссии их не интересуют, они соответствуют духу времени, остальное как бы стереотипно. К сожалению, сегодня все, что не касается прибыли, можно отнести к стереотипному (лишнему) мышлению. Отсюда этот циничный московский юморок по отношению к романтическим надеждам и мечтам многих периферийных россиян.

Все же ошибаются провинциалы, вопящие, что Москва окончательно испорчена деньгами. Люди смертны, нынешние поколения уйдут, а мессианство Москвы останется.

Капитализм постепенно угасает, рано или поздно столица России станет первым городом, осознавшим несостоятельность рыночных отношений. Не так быстро, возможно, через десятки лет, но пальма первенства достанется именно Москве. Наша столица по своей сути всегда будет выше людей, в ней живущих.

Не будем забывать, пик ее расцвета пришелся на индустриализацию. На то самое время, когда город активно заполнялся выходцами из колхозов с их провинциальными стереотипами. Провинциальность исчезла, разве что сохранился странный диалект на букву «а». То же самое ожидает поклонников капитализма. Всемирный электронный колхоз, централизация банковской системы, более тесные жилые кварталы и финансовая нестабильность родят в Москве совсем другое мышление…

Мышление неосоциализма, где электронные деньги в строго ограниченном количестве распределяются между всеми. Ценности базового комфорта уничтожат потребительский пафос. Пафос станет стереотипен. И только потом вера в деньги угаснет у остальной России. Цифровой колхоз уже давно захватывает Запад, но за бугром расставание с деньгами пройдет сложнее, потому что в развитых странах Запада не было традиций социализма. А он, к сожалению, неизбежен. Не взирая на их культуру, процесс равномерного распределения денег затруднится… Запад наплодил слишком много гетто.

Переварить в себе капиталистическую алчность и одновременно необходимость усмирить финансовые амбиции легко сможет Москва. В будущем мы перестанем жить в городах и селах, перебравшись в глобальное общежитие под названием Интернет. Медиаконтент станет важнее материальных излишков. Но какое у него будет качество с точки зрения духовности, уже другой полемический вопрос.

Государство

У русских, как и у любой белой культуры, одинаково наивное доверие к государству. Мне сложно представить, например, армянина, который бы доверял государству больше, чем своему окружению. Русский вряд ли захочет тревожить троюродную сестру врача со своими болячками, он лучше официально обратится в поликлинику. С дальними родственниками мы почти не общаемся.

Русские могут козырять, что хорошо знакомы с сотрудниками полиции, но если знакомы плохо, целенаправленно налаживать связи не будут. В случае какой проблемы, лучше официально написать заявление в полицию, а потом «ждать у моря погоды», коли повезет, помогут. Не дай Бог на улице спонтанно возникает криминальная межэтническая разборка. Чаще системообразующей нации сложнее дождаться подмогу.

У нас на всё есть государство, оно кровью и потом создавалось веками, а потому обязано помочь.

В какие-то периоды наше государство, действительно, работало очень эффективно, что еще больше убедило в его вездесущности. У нас как бы нет родины, зато есть государство. В свое время Сталин соединил эти два понятия воедино, произносил тост «за русский народ», намертво скрепив нас с государственностью. Правда и без того, будучи представителями белых культур, мы заведомо заточены доверять властям. В Китае за пренебрежительное отношение к власти могут наказать, в Японии до Второй мировой власть заставляла себя любить воинственным кулаком, христиане ее любят добровольно.

По большому счету это хорошо, но до тех пор, пока система эффективно работает. К сожалению, как бы она не работала, государство всегда будет выше родины. При всем уважении к евреям, брать с них пример, мы не можем и не хотим. Да, связи в России решают почти всё, но в русской среде они возникают спонтанно, без намека на стратегическое планирование. Связи есть далеко не у всех. Не случайно русские считаются самым разделенным народом в мире. В том числе, по мнению Путина.

История и культура

Несмотря на двойственность, наша родина все-таки больше Европа, нежели Азия. Или точнее Запад — производная от России. Независимые археологи и генетики поговаривают, что весь мир своего рода производная от Руси. Только Запад «откололся» гораздо позже, сохранив расовое сходство. То есть история существования славян не вековая, а многотысячная. Версия весьма лестная, но, к сожалению, на этой почве расцвело неоязычество.

Хотя даже лучший исследователь славянства Георгий Сидоров признал, что язычество делилось на два этапа. Во время первого формировались традиции славян, в те времена образовалось множество знаний о Земле и космосе. Затем происходит глобальная катастрофа, и «язычество» на века впадает в дикое состояние, вместе с ним деградирует всё славянство.

Первичный источник космических знаний нигде не назван, есть лишь свидетельства, что они действительно были. Тогда по какой причине первый этап столь навязчиво называют язычеством? Скорее, это было некое информационное поле вне всякой религиозной системы. Дарованное свыше. С той утраченной информационной среды многое черпнуло в том числе христианство.

Но почему сегодня это служит поводом для плясок у костра, чтению сектантских мантр и тусовок на природе в архаичных одеяниях? Ведь именно христианство начало создавать новую техносферную цивилизацию. Что послужило заменой утраченных знаний, которые плясуны у костров приписывают себе. И, к слову сказать, любая православная агрессия не в истоках новозаветного (!) христианства, а в человеческом факторе в христианстве. Включая языческие традиции, ушедшие с течением веков.

Повторюсь – жертвоприношения и хороводы у огня относятся уже ко второму этапу истории славян. И к современному научному прогрессу не имеют никакого отношения. Да, со времен первого этапа на Руси остался позитивный импульс в генетике, но не во внешней культуре. Культура лишь форма познания мира, которая была доступна на тот исторический период, уже после катастрофы.

PS: «Если бы русские знали свою силу, никто не мог бы соперничать с ними, но они её не знают», — Ричард Ченслор, мореплаватель, доверенное лицо английского двора, 16 век.

Андрей Алексеев (г. Якутск), специально для «Русской Весны»

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

589
Похожие новости
26 сентября 2017, 08:48
25 сентября 2017, 22:48
26 сентября 2017, 10:48
26 сентября 2017, 14:48
25 сентября 2017, 20:48
25 сентября 2017, 23:48
Новости партнеров
 
 
Выбор дня
26 сентября 2017, 03:48
26 сентября 2017, 11:48
26 сентября 2017, 04:48
26 сентября 2017, 12:48
26 сентября 2017, 10:48
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
26 сентября 2017, 11:48
21 сентября 2017, 16:48
23 сентября 2017, 11:48
22 сентября 2017, 01:48
24 сентября 2017, 15:48
21 сентября 2017, 18:48
20 сентября 2017, 10:48