Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Путин на ковре и под ковром. С кем происходит его подлинная схватка?

Большой ошибкой было бы сводить все угрозы Путину и его нынешнему курсу к сопротивлению со стороны открыто прозападной партии – или, как их называют, радикальных либералов. На самом деле система верховной власти в России устроена сложней, и эти «либералы» играют в ней скорее обслуживающую функцию, роль громоотвода для принятия непопулярных решений президента и Думы.

Реальные же полюса внутренней политики РФ это:

1) «Олигархи» – высший слой элиты, имеющий в своем распоряжении любые активы, позволяющие получать крупный доход. Такими активами могут быть не только нефтевышки, но и госдолжности или места в госкорпорациях. Поэтому в число «олигархов» можно включить и таких деятелей как Якунин, Матвиенко, Шувалов, Сечин, губернаторов особо доходных регионов, высших силовиков, контролирующих особо выгодные криминальные схемы, и т.п.

Используя понятийный аппарат марксистско-ленинской политэкономии, можно назвать эту группу «базисом» нашей политической системы. При наличии массы внутренних противоречий у этой группы есть общий ключевой интерес – сохранение своих активов, то есть возможности получать сверхдоходы и прятать их на Западе.

2) «Силовики». Эта группа обладает более размытой, по сравнению с первой, субъектностью. Главный ее функционал – охрана государства в широком смысле, а потому и корпоративный интерес «органов» состоит в росте охраняемого объекта, что позволяет наращивать их влияние и финансовые возможности. И это не только российская черта: например активизация спецслужб США после теракта 2001 года позволила американскому облаку спецслужб значительно усилить свои позиции в обществе, как и финансирование.

У олигархов есть свои кланы, но в целом все они заинтересованы в сохранении контроля над своими активами всех форм. «Либералы» выступают для них своего рода ширмой и одновременно рупором. С помощью управляемой ими пропагандистской машины они обеспечивают общественную поддержку Путину, нередко прикрывая олигархический договорняк ширмой показного патриотизма.

«Силовики» обеспечивают контроль над обществом в целом, что особенно актуально в эпоху исламского терроризма, искры которого нет-нет вспыхивают и в России. Но чтобы эффективно действовать, силовым органам в любом государстве необходим высокий статус их структур и работников, а также увеличенные полномочия (включая выходящие за рамки закона).

Понизить субъектность этих органов можно было бы, сделав их прозрачными и «законными» – но это сразу снизило б их эффективность. Такое мы прошли в 90-е, когда при дележе крупной собственности олигархам нужно было максимально опустить силовиков. Но в результате к концу 90-х государственность РФ оказалась на грани краха – а значит, выросли и риски утраты только что добытых олигархами активов. Поэтому ради своей же безопасности олигархам последние 15 лет пришлось считаться с «корпорацией силовиков».

Так сформировался своего рода дуализм управленческой системы РФ, соответствующий двум столпам, на которых держится наша власть – олигархи и силовики. И друг без друга им не обойтись, как бы они ни собачились между собой. Первые не смогут бороться с социальными протестами и угрозой терроризма только путем привычных им манипуляций общественным мнением. А вторые сами по себе тоже беспомощны: если даже они вдруг сомнут всю верхушку «олигархов», управление реальной экономикой будет для них «терра инкогнита».

Собственно умелое балансирование между этими группировками и стало залогом устойчивости Путина в роли «главного разводящего», убрать которого всерьез не мыслили ни те, ни те.

Почему он сам не убирал радикально-западную партию из власти и СМИ – даже когда либералы разворачивали против него самые громкие агиткампании? Ответ простой: это вскружило б головы силовикам, которые могли бы натворить тогда опасных глупостей.

В то же время понятно, почему Путин, особенно начиная со второго срока, ограничивал олигархов, уйдя от радикально-прозападной политики ельцинско-козыревского разлива. Как показала история с Ходорковским, радикальным западникам-олигархам мало просто «хорошего житья» и дойки захваченных ими ресурсов. Они еще требуют сворачивания кооператива «Озеро» и вообще не чувствуют Путина до конца своим.

Чтобы предотвратить «либеральный переворот» силами олигархов (о котором сейчас напрямик говорит тот же Ходорковский), Путин стал накачивать силовую вертикаль и создавать заделы для делегитимации подобного переворота путем резкой смены в СМИ либеральной пропаганды на патриотическую. Подключение к ней таких мастодонтов-государственников как Проханов или Кургинян позволило Путину прибирать к рукам всё «патриотическое поле».

Но ничто хорошее не длится вечно, и с 2014-го вся эта устойчивая прежде конструкция стала давать трещину.

Во-первых, радикально изменилось отношение к Путину на Западе, где из него стали лепить чудовище – что бросало тень и на условно лояльных ему олигархов. Их заветная мечта об интеграции с Западом рухнула – одновременно возникла угроза их спрятанным на Западе активам.

Во-вторых, заколебалось исподволь «патриотическое поле», которое надеялось, что после крымской победы ему отломятся какие-то новые дары – а выпало лишь это медведевское: «Вы там держитесь, денег нет…»

Здесь надо сказать, что «силовики» с самого начала воспринимали Путина скорее как ставленника ельцинской Семьи, нежели как носителя корпоративной культуры службистов и выразителя их интересов. Поэтому авторитет Путина в органах никогда не был так высок, как в целом в обществе в наши лучшие тучные годы. И Путин, понимая это, пытался внедрить в силовые структуры своих людей для контроля над потенциально нелояльной частью силовиков. В результате в период всего путинского правления там шла непрерывная борьба за влияние и ресурсы между теми и этим людьми в погонах.

Именно этим можно объяснить то удивительно лояльное отношение Путина к коррупции в силовых структурах – даже когда эта коррупция, казалось бы, вредила уже его личному имиджу («дело прокуроров»). «Своих людей» среди силовиков можно иметь только в том случае, если они сидят «на крючке» – иначе типовой назначенец быстро теряет личную преданность просто в силу человеческой натуры.

С другой стороны, Путин не мог себе позволить полностью коррумпированные органы, потому что тогда их эффективность критически снижается – и привет, олигархический либеральный переворот! Отсюда и вся эта только с виду вздорная чехарда: одних силовиков сажают за злоупотребления, других не трогают и даже возвышают. На самом же деле все это – та же классическая балансировка: каждый сидящий на своем шестке должен иметь острастку и хорошую папку компромата под собой…

Тут еще надо отметить и не замеченный широкой публикой рост политического веса Медведева, имеющего даже среди запутинского большинства имидж эдакого плюшевого мишки для забавы нашего вождя. Но он – фактически единственный политик, который при определённых обстоятельствах может сменить Путина. После 2012 года Медведев стал «совладельцем» «ЕР», и в определённой степени он контролирует Госдуму (Нарышкин – правая рука Медведева). При этом Путину так и не удалось раскрутить свой Общероссийский Народный Фронт (ОНФ) до уровня, который бы побил «ЕР».

Похоже, скрытый конфликт между Медведевым и Путиным, выразившийся в этой схватке между «ЕР» и ОНФ, все тлеет, и союз антипутинских силовиков с Медведевым выглядит вполне возможным. Возможно, именно этим объясняется и резкость Медведева в деле отставки скомпрометированного главы ФТС Бельянинова – личного ставленника Путина. Не исключена тут и «рука Запада»: недавний визит Медведева на саммит форума «Азия – Европа» (АСЕМ), его теплые встречи с Меркель и другими европейскими лидерами на этом форуме – все это наверняка не просто так. Вряд ли Медведев сейчас рискнет как-то развить этот свой международный успех – но все, как говорится, до поры до времени.

Попутно запускается Интернет-волна о резком спаде нашей экономики, об исчерпании резервного фонда, о грядущем сокращении в ВУЗах бюджетных мест и научных сотрудников. Налицо явные попытки посеять панику, взрыхлить почву для народных выступлений, которые станут вызовом как для «силовиков», так и для «олигархов». И если этот панический сценарий разовьется, угробив все 16-летние усилия Путина стать сильным царем-примирителем для всех – лучшей примиряющей фигурой станет «слабый» Медведев. Который уже окажется не над схваткой двух главных нынешних сил, а под ней.

В этом тайном плане есть, конечно, немалый элемент риска – но, как опять же говорится, кто не рискует, тот шампанского не пьет. А выпить этого победоносного шампанского затравленному публикой «плюшевому мишке» наверняка ох как хочется!

Какой из всего этого может быть вывод для широкой публики? Да очень простой. В нашей стране, как и во всех других, идет нормальная подковерная борьба. Еще с СССР мы знали, что она главней всякой публичной во всем мире – только у нас, считалось, ее нет. Да есть она, была всегда, как видно из вскрываемых сейчас архивов – и сегодня никуда не делась.

Народ служит в ней чаще всего лишь балластом – но именно балласт не дает судну опрокинутся под натиском ветра и волн. Впрочем до известной степени. И потому чем больше общество будет знать об этих тайных битвах, тем ниже риск таких внезапных опрокидываний, как постигший нас в 91-м крах СССР. Тогда все наивно верили, что судьба страны решается на открытых миллионных митингах – а на самом деле все решалось глубоко под ковром, итоги чего нас ошеломили потом лет на 10, если не на все 25!

Автор Борис Григорьев

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

386
Похожие новости
03 декабря 2016, 10:18
02 декабря 2016, 16:18
03 декабря 2016, 14:18
03 декабря 2016, 12:18
02 декабря 2016, 10:18
02 декабря 2016, 20:18
Новости партнеров
 
 
Выбор дня
03 декабря 2016, 10:18
03 декабря 2016, 06:18
03 декабря 2016, 12:18
03 декабря 2016, 10:18
03 декабря 2016, 17:18
Новости партнеров
 
Комментарии
Подпишись на новости
 
 
Популярные новости
26 ноября 2016, 22:41
29 ноября 2016, 01:03
02 декабря 2016, 22:18
01 декабря 2016, 10:18
29 ноября 2016, 12:03
30 ноября 2016, 08:18
26 ноября 2016, 21:21