Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

КВ-1С глазами его командира



Насколько удачной оказалась попытка создать скоростную модификацию тяжелого советского танка КВ-1, предпринятая летом 1942 года? Слишком часто поступали жалобы на недостаточную подвижность и ненадежную ходовую часть «КВ-1». И на Челябинском тракторном заводе был создан новый вариант КВ-1С (скоростной).

Справка

С целью снижения общей массы танка были несколько уменьшены его габариты и ослаблено бронирование. В результате изменений масса КВ-1С уменьшилась до 42,3 тонн (до 47, 5 тонн на КВ-1), скорость увеличилась до 43,3 километров в час по шоссе (34 километра в час на КВ-1), повысилась надежность и маневренность танка. Орудие КВ-1С — 76,2-мм. ЗИС-5 (как и у КВ-1 с осени 1941 года).

Какой же запомнилась эта машина тем, кто на ней воевал?

Василий Крысов несколько месяцев был командиром этой машины. Летом 1942 года, после окончания Челябинского танкового училища, он получил назначение в 158-ю отдельную тяжелую танковую бригаду, где был назначен на должность командира танка:

«Нам дали KB-1C... Мы уже знали, что немцы, используя подкалиберные и кумулятивные снаряды, пробивают броню KB с расстояния 1000 метров. В мае, к концу обучения, к нашему училищу привезли два сгоревших KB, мы тогда внимательно осмотрели пробитые отверстия и поняли: в бою экипаж должен действовать молниеносно, автоматически, чтобы первым же выстрелом упредить врага. Поэтому сейчас, в оставшееся до боев время, экипаж отрабатывал взаимозаменяемость, проштудировал все регулировки и способы устранения неисправностей, действия при орудии во время боя, ведение огня при движении и с коротких остановок».

В экипаже было 5 человек: «В то время в экипаже тяжелого танка было два офицера, в моем танке вторым офицером был механик-водитель младший лейтенант Талаш Сафин, по национальности башкир. Мы его звали просто Толя. Толя, как и я, прошел ускоренный годовой курс в Челябинском танковом училище (их выпустили чуть раньше), поэтому за механика-водителя можно было не беспокоиться. Наводчиком был сержант Виктор Белов, заряжающим — младший сержант Михаил Творогов, он же мог быть и вторым водителем; радистом-пулеметчиком был младший сержант Николай Орлов. Все члены экипажа — молодые, сильные ребята, но все из последнего пополнения, еще не участвовали в боях. Младший, сержантский, состав экипажа прошел только трехмесячную подготовку в учебном танковом полку в том же Челябинске, имел явно недостаточно практики вождения танка, как и опыта в стрельбе».

Слабая подготовка личного состава – есть ли мемуары наших танкистов о Великой Отечественной, где бы об этом автор не писал? Но здесь, по крайней мере, командир и механик-водитель получили годовую подготовку в училище.

КВ-1 с против орудий немецкой ПТО

Вот как Василий Крысов описал в мемуарах свой первый бой летом 1942 года: «На рассвете услышали в наушниках голос комбрига: «Буря 333!» — код атаки! В небо взвилась серия зеленых ракет! Взревел мотор, и наш KB двинулся на врага. В атаке были задействованы две танковые бригады, стрелковый полк, мехбригада и наша тяжелая танковая бригада, наступающая в центре боевого порядка. Еще не развиднелось, поэтому нас не бомбили, и танки медленно, опасаясь минных полей, продвигались на север. Левее, метрах в тридцати, шли машины командира взвода Матвея Серова и Миши Мардера, справа наступал танк лейтенанта Назарова. Огонь пока не вели, рассчитывая на внезапность удара. За нами, держа винтовки на изготовку, продвигался стрелковый полк.

До вражеских позиций оставалось километра полтора, начинало светать, и мы уже могли рассмотреть контуры деревьев и домов совхоза. Немцы огонь тоже не открывали, видимо, экономили боеприпасы. Экипаж волновался в ожидании боя, хотелось скорее ударить по врагу, прервать тягостную неопределенность, вот уж правда: хуже нет — ждать да догонять! Люди жадно припали к приборам наблюдения, наводчик Витя Белов и заряжающий Миша Творогов закурили «козьи ножки» — быстро же научились у «стариков» ловко, через мизинец, закручивать курево. По машине поплыл запах махорки. От врага нас отделяло уже около километра, и немцы, разглядев, что наступает множество танков, открыли шквальный огонь: одновременно ударили танковые, противотанковые, полевые и даже зенитные орудия! Перед фронтом наступления мгновенно взметнулись сотни разрывов, загремела канонада, заколебалась донская земля! Стреляли немцы очень метко! Еще бы — их экипажи и орудийные расчеты имели многолетний боевой опыт, начиная с боев в Испании в тридцать шестом, а затем захватывая страны Европы и Африки. Один снаряд взорвался метрах в двадцати впереди танка! Почти сразу рикошетом по левому борту ударил второй, нашу... машину тряхнуло, пламя разрыва осветило боевое отделение — казалось, танк горит! Но члены экипажа не двинулись со своих мест, никто не хотел показать, что испугался, все с напряжением ждали моей команды. Я видел пламя выстрела орудия, но саму хорошо замаскированную пушку не разглядел, потому дал команду водителю:

— Толя! Давай зигзагами! — И наводчику с радистом: — Виктор, Николай! Пулеметами, по орудийной прислуге! Огонь!

Танк увеличил скорость и начал рыскать по полю, резко маневрируя, не давая вражеским наводчикам произвести прицельные выстрелы. Рикошетные удары продолжали сыпаться по правому и левому борту, не причиняя, однако, серьезных повреждений корпусу, машина продолжала мчаться на вражеские пушки! Все наши танки вели огонь из пушек и пулеметов с ходу и с коротких остановок, огненные языки вырывались из стволов орудий, прочерчивали поле боя трассирующие пулеметные очереди. Немцы почувствовали себя не совсем уютно при виде надвигающейся лавины танков, меткость их стрельбы значительно упала, и мы реже чувствовали рикошетные удары. До села осталось метров пятьсот, скомандовал экипажу:

— Толя, за холмом стой! Виктор! Прямо под деревом пушка! Осколочным, прицел шесть! Огонь!
— Осколочным готово! — отозвался заряжающий. Снаряд взорвался чуть ближе цели.
— Прицел семь! Огонь! — скорректировал наводку. Фашистское орудие смолкло и, видно, навечно!
— Толя! Зигзагами, на максимальной! Вперед!

Чтобы осмотреться, мгновенно крутанул головку перископа. Справа горело два танка. Слева встал танк взводного Серова, я понял, что он подорвался на мине, так как командир открыл люк и бросил вперед дымовую гранату, имитируя горение машины. Танк Миши Мардера, как и наш, зигзагами летел на пушки врага. По нашему танку уже било второе орудие, замаскированное в сарае. Пока мы дошли до вражеских траншей, немцы успели нанести нам три рикошетных удара. Один снаряд попал в запасной 90-литровый масляный бак, прикрепленный стяжками на левом подкрылке. Пламя охватило всю левую часть моторно-трансмиссионного отделения.

— Толя, дави пушку! — скомандовал механику, а сам схватил огнетушитель и, высунувшись в люк, задавил пламя. До сарая с пушкой оставалось каких-то пятьдесят метров! — Виктор, поверни пушку назад! — скомандовал наводчику. Меньше чем через минуту танк сильно качнуло, и под днищем раздался сильный металлический скрежет раздавленного орудия. Разбрасывая бревна и доски, наш танк протаранил сарай насквозь!— Толя! Развернуть кругом! — приказал водителю. — Прикроем танк взводного!

С громовым: «Урр-а-а!» — уже шла в штыковую наша пехота. И немцы дрогнули, не приняв штыкового боя, стали отходить на северную окраину села по ходам сообщения, бросая гранаты с длинными деревянными ручками и прикрываясь пулеметным огнем. Навсегда запомнилось, как шли цепи наших атакующих солдат: штыки винтовок тускло блестели в лучах утреннего солнца, в рядах атакующих были и автоматчики — короткими очередями они били по вражеским окопам, приближаясь к траншее. Когда наша пехота подошла к вражеской позиции, из окопа с поднятыми руками вылезло лишь трое солдат. Немцы, хотя и оборонялись, потери понесли очень значительные, больше, чем наши. Но и для нас атака стоила дорого: несколько десятков пехотинцев было убито и не менее ста человек получили ранения».

Масляный бак, закрепленный на левом подкрылке – такое его размещение было явно опасно для танка и его экипажа. В этом бою удалось «задавить пламя». А если бы не удалось?

Но броня танка выдержала серию попаданий немецких снарядов без серьезных последствий – многие ли танки 1942 года могли проявить такую живучесть?

При этом надо отметить, что успех в этом бою был достигнут не только за счет качества КВ-1С и мужества танкистов. Было хорошо организовано взаимодействие с пехотой. Пехотинцы не лежали, как частенько бывало, выжидая успеха танкистов, сами атаковали.

Немецкие пушки не пробивали нашу броню

Столь же успешным оказался для Кв-1С и бой с немецкими танками: «Командование корпуса, произведя перегруппировку, нацелило нашу бригаду на совхозную ферму, в которой находилась главная танковая группировка противника. А 55-я танковая бригада с пулеметным батальоном начала обходить совхоз с востока. Бой был ожесточенный, но скоротечный. У немцев были легкие танки T-III и средние T-IV, у нас — KB, T-34 и, еще треть, — Т-70, последние своими слабыми 45-мм пушками могли успешно действовать только против пехоты и артиллерии. В нашем направлении быстро приближался танк T-IV.

— Бронебойным! По танку в створе трубы! Прицел постоянный! С короткой остановки! Огонь! — скомандовал одновременно заряжающему, наводчику и водителю.
— Бронебойным готово! — доложил Михаил.
— Дорожка! — выкрикнул Толя и остановил танк.
— Выстрел! — доложил наводчик и нажал на спуск.

Лишь на долю секунды немец-наводчик опередил нас, и его снаряд ударил в лоб нашего танка. Машину тряхнуло, полыхнул пламенем взрыв, яркой вспышкой осветив боевое отделение.

— Смотрите за разрывом нашего снаряда! — скомандовал по ТПУ, чтобы отвлечь экипаж от неприятного ощущения, будто мы горим, а в душе низко кланяясь конструкторам и рабочим Челябинского танкового завода: они экранировали лоб нашего танка до 105 мм (так указано в тексте – М.К.), а то бы гореть нам синим огнем! Я чувствовал себя так, будто я на учениях! Пока не врезали первый, второй раз! Но немецкие пушки не пробивали нашу 75-мм броню — и мы использовали это сполна! Экипаж Серова тоже сжег танк. Миша Мардер расправился с бронетранспортером. Тем временем наша пехота дом за домом овладевала совхозным поселком. Затем, уже общей решительной атакой, не давая противнику опомниться, захватили и село Ложки».

Немецкие танкисты продемонстрировали свой традиционно высокий профессионализм. Их наводчик успел выстрелить первым и попал. Только безрезультатно. С танком противника и его лобовой броней немцам сильно не повезло. Интересно, успели ли они это понять?

У нас снаряд попал в трансмиссию, двигатель загорелся

Конечно, неуязвимых танков на войне не бывает. Настал черед гореть и КВ-1С Василия Крысова. Вот как это было: «17 декабря израсходовали последние боеприпасы, нечем стало драться. Комбриг Егоров собрал офицеров:

— Объявляю благодарность всем экипажам за боевые действия. Поставленная задача группировкой выполнена: продвижение противника остановлено. (Танкисты сдерживали наступление немцев, пытавшихся пробиться на помощь окруженной в Сталинграде армии Паулюса – М.К.).

Противник не посмел двигаться на Мышкову, считая, что мы ударим по нему с тыла. Помянем наших погибших товарищей... — полковник и все мы обнажили головы. — Сегодня ночью, — продолжил комбриг, — будем выходить к своим. Аксай форсируем по понтонам противника. Добытый «язык» показал, что немцы не убрали переправу, так как ожидают подхода последнего батальона танковой дивизии. Дождавшись темноты, двинулись к переправе. Мы с Мардером двумя танками прикрывали отход. На понтоны вышли последними и уже проскочили опасную полосу, как в спину нам ударил сильный орудийный огонь. Успел по радио сказать Мише:

— Мы горим!
И услышал в ответ:
— Мы тоже горим!

Это был подходивший к Готу танковый батальон 17-й дивизии! И мы наткнулись на него! Они увидели нас и открыли огонь подкалиберными снарядами с малого расстояния! У немцев подкалиберные снаряды были уже в сорок первом году, а у нас они появились только в сорок третьем, перед Курской битвой.

Немцам удалось поджечь оба наших танка попаданием в кормовую часть. У нас снаряд попал в трансмиссию, двигатель загорелся. Переправу и берег тотчас осветили ракеты! Шквальный огонь! Через башню не выскочишь, всех скосит! Выскользнули, открыв аварийный люк — люк-лаз в середине боевого отделения, прихватив самое необходимое, автоматы, диски, гранаты, пулемет сняли, забрали аптечку, маскхалаты — и залегли под танком. В моем экипаже все остались живы, даже не ранены. Но как там у Михаила?! В свете ракет разглядел, как выбирается из танка, тоже через аварийный люк, экипаж Мардера, значит, и там люди живы. Затаившись, мы пережидали: когда же надоест им пускать ракеты?! Вскоре показалась группа вражеских разведчиков. Мы вжались в землю. Но немцы, не останавливаясь, прошли мимо. Наконец все успокоилось. Сползлись с экипажем Мардера. Миша рассказал, что слышал, как разведчики говорили: «Десять Иванов сгорели». Нужно было выбираться к своим...».

Немецкие разведчики знали, что экипаж КВ-1С – 5 человек. Но не удосужились осмотреться. С чего они взяли, что оба экипажа сгорели полностью?

Подведем итоги. Летом 1942 года КВ-1С Василия Крысова и его друга Михаила Мардера пошли в первую атаку. Подожгли их машины уже зимой, в декабре того же года. Причем совершенно очевидно, что гибель танков произошла не из-за их технического несовершенства или ошибок командиров. Просто немцы получили возможность бить сзади подкалиберными снарядами. Два КВ-1С, отходившие последними, расплачивались за то, что прикрывали отход своих товарищей...

На пополнение людьми и техникой в тыл бригаду не отводили: «Все лето и осень наша бригада, приданная 64-й армии, оборонялась на левом фланге Юго-Восточного фронта, 28 сентября переименованного в Сталинградский фронт. Раз за разом, атаку за атакой, с запада и с юга отбивали мы натиск танковых армий противника».

С лета до зимы провоевать в пекле Сталинградского сражения, сохранив свои машины и экипажи? Многие ли командиры танков могли рассказать о таком успехе? Конечно, воинское умение и везение командиров и их экипажей сыграли в этом свою роль. Но надо учесть и возможности КВ-1С, его многократно проверенную защищенность броней в сочетании с более высокой, чем у КВ-1 скоростью, и более надежной ходовой частью.

Да, было за что командиру КВ-1С Василию Крысову благодарить конструкторов и рабочих, создавших его машину. В 1942 году спешно созданный скоростной вариант «Клима Ворошилова» шансы выжить и победить при грамотном использовании давал.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

767
Похожие новости
07 декабря 2018, 04:48
14 декабря 2018, 07:18
17 декабря 2018, 12:18
13 декабря 2018, 14:18
18 декабря 2018, 11:18
16 декабря 2018, 12:18
Новости партнеров
 
 
Выбор дня
18 декабря 2018, 11:18
18 декабря 2018, 02:18
18 декабря 2018, 05:18
18 декабря 2018, 09:18
18 декабря 2018, 15:48
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 декабря 2018, 21:18
14 декабря 2018, 17:18
12 декабря 2018, 12:18
13 декабря 2018, 09:18
16 декабря 2018, 02:18
15 декабря 2018, 17:18
16 декабря 2018, 17:18