Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Когда и почему началась Вторая мировая война

С 1945 по 2017 год во всех без исключения областях науки, от ракетостроения и компьютеров до биологии, достигнут фантастический прогресс. А вот наши историки уже 72 года как попугаи повторяют английскую версию образца 1939 года начала Второй мировой войны.

Начнем с даты. Почему 1 сентября 1939 года? В этот день части вермахта вступили на территорию Польши. Налицо классическая локальная война, и не более!

Ну, например, 24 марта 1999 года Соединенные Штаты с союзниками напали на Югославию. Сделай это они десятью годами раньше, через день-два началась бы третья мировая война. Но в 1999 году президент России Борис Ельцин поджал хвост, и состоялась трехмесячная локальная война, в результате которой США оттяпали от Сербии область Косово, принадлежавшую ей свыше тысячи лет.

Так и тут – не вмешайся Англия и Франция, через три недели с «уродливым детищем Версальского договора» было бы покончено. Кстати, польские министры до 1938 года так именовали Чехословакию.

Однако 3 сентября Англия и Франция объявили войну Германии, и локальный европейский конфликт превратился во Вторую мировую войну.

Но почему мы до сих пор считаем началом Второй мировой войны не 3-е, а 1 сентября? Ведь официально в России начало Первой мировой войны – это 1 сентября 1914 года. А никак не 28 июня – день убийства эрцгерцога Фердинанда, не 28 июля – день объявления Австро-Венгрией войны Сербии и даже не 30 июля – бомбардировка Белграда австрийской артиллерией. Не начни Россия мобилизацию и не объяви Германия в ответ войну России, налицо была бы только третья балканская война. И никакой мировой войны.

Кстати, есть еще одна дата начала Второй мировой войны: 7 июля 1937 года – инцидент на мосту Марко Поло, когда Япония напала на Китай. После этого война шла непрерывно (!) на огромных пространствах Китая целых восемь лет, до сентября 1945 года. В ней участвовали миллионы людей. Погибло свыше 35 млн китайцев и сотни тысяч японцев. Замечу, что по сравнению с войной в Китае сентябрьский разгром Польши и потеря убитыми 66 тыс. поляков и 10 тыс. немцев выглядит действительно как мелкая операция. Причем за польской кампанией последовала восьмимесячная пауза – когда в Европе не было сделано ни одного выстрела, – получившая название «странная война».

Ну а полномасштабная война в Европе началась только 22 июня 1941 года.

А кто мне не верит, пусть посмотрит военную кинохронику доктора Геббельса. Там боевые действия вермахта с 9 апреля 1940 года по 1 июня 1941 года похожи на веселую туристическую прогулку бравых немецких парней. Они ездят на танках, бронемашинах по Норвегии, Франции, Бельгии и Югославии, маршируют мимо Эйфелевой башни и Акрополя.

А с 22 июня бравые немцы все равно побеждают, но кругом рвутся снаряды, все горит, идет страшная война.


Японский спецназ в боях за Шанхай. Фото 1937 года

На взятие одного города Смоленска немцы потратили больше времени, чем на разгром Бельгии, Голландии, Франции и сброс в море у Дюнкерка британского экспедиционного корпуса. Кстати, и потери немцев в боях за Смоленск оказались больше.

НАДО ЗРИТЬ В КОРЕНЬ

Впрочем, больший интерес представляет вопрос о том, почему же все-таки в сентябре 1939 года началась война в Европе. Нас уже 72 года уверяют, что во всем виноват один Гитлер. Он-де напал на Польшу вопреки желанию германского народа. Ну а если бы Адольф был убит 9 ноября 1923 года в ходе расстрела полицией демонстрации нацистов? А если бы Эрнст Рем оказался поумнее и устроил бы «ночь длинных ножей» на день раньше Гитлера, скажем 30 июня 1934 года, и соответственно были бы уничтожены Гитлер и его приближенные? Да Гитлер мог окочуриться и от банальной простуды. И что тогда? Не было бы Второй мировой войны, а Европа жила бы по законам, навязанным в 1919 году в Версале?

Я читал речи вождя немецких коммунистов Эрнста Тельмана. Он куда нетерпимее Гитлера относился к Версальскому договору и восточным границам Германии. А предположим, коммунисты выиграли бы выборы 1932 года. Тогда евреи сидели бы не в концлагерях, а в Рейхстаге и правительстве, а Гитлер, Геринг и Ко заняли бы место в лагерях. Но германские земли, захваченные поляками, Тельман вернул бы любым способом – дипломатическим или военным. А вот рискнули бы тогда Лондон и Париж объявить войну Тельману – вопрос адресуем авторам фэнтези.

Нет, война была бы при любом правителе Германии – нацисте Реме, коммунисте Тельмане, центристе фон Папене (рейхсканцлер Германии, предшественник Гитлера) и любом принце из династии Гогенцоллернов.

Не будь варварского Версальского договора, Адольф Гитлер остался бы руководителем нескольких сотен экстремистов и не играл бы никакой роли в жизни Германии.

То, что Германия рано или поздно порвет оковы Версальского договора, сразу стало ясно всем опытным политикам. Ленин, узнав о решениях Версальской конференции, еще летом 1919 года предсказал неизбежность Второй мировой войны.

После окончания Версальской конференции французский маршал Фош констатировал: «Версаль – не мир, а перемирие на 20 лет». А на самой конференции британский премьер Ллойд Джордж сказал французскому премьеру Клемансо, желавшему включить в состав Польши земли, заселенные немцами: «Не создавайте новую Эльзас-Лотарингию».

Таким образом, французский маршал и британский премьер точно предсказали время – 1939 год – и причину – Польша – возникновения Второй мировой войны.

КОЛОНИАЛЬНАЯ ИДЕОЛОГИЯ

Ну а теперь вновь вернемся к Польше. В новое государство, созданное Юзефом Пилсудским железом и кровью, были насильно загнаны миллионы русских, белорусов, украинцев, евреев и немцев. Поляки составляли менее 60% населения этого государства. Самое любопытное, что поляками польские министры считали различные славянские народы – силезцев, мазуров, кашубов, лемков и других, хотя язык и культура их отличались от польских куда больше, чем у великороссов и малороссов того времени.

Статистика по мазурам, лемкам, кашубам и другим народам в Польше никогда не велась. Однако, даже несмотря на 80 лет принудительной ассимиляции, в Польше, по данным Главного правления Кашубо-поморского объединения на 2005 год, насчитывалось 330 тыс. кашубов и 180 тыс. полукашубов. Кашубам не давали учиться в школе на родном языке. Детей, плохо говоривших по-польски, даже в 1950—2005 годы отправляли в школы для умственно отсталых. Запрещались газеты на кашубском языке, а их редакторов отправляли за решетку.

Польские власти с самого начала отказались предоставлять посторонним народам хоть какие-то элементы автономии, пусть даже культурной. В Польше должны были жить только поляки и должна быть единственная конфессия – римско-католическая.

Но и такой Польши маршалу Пилсудскому показалось мало, и он решил создать государство «от можа до можа», то есть от Балтики до Черного моря. А дабы не раздражать Европу, пан Юзеф обозвал оное государство «Федерацией Междуморье». В нее должны были войти восточные части Белоруссии и Украины, все прибалтийские лимитрофы и Молдавия.

В итоге к 1930 году поляки имели территориальные претензии ко всем странам по периметру границ Польши – к Литве, СССР, Венгрии, Чехословакии, Германии и Вольному городу Данцигу. Балтийское море в Польше называли «Польским морем».

В сентябре 1930 года польский министр иностранных дел Аугуст Залесский заявил президенту данцигского Сената: «Данцигский вопрос может разрешить лишь польский армейский корпус». Замечу, что Данциг 800 лет, до 1919 года, был немецким городом. Версальским договором он был превращен в «вольный город», хотя подавляющее большинство населения говорило по-немецки.

И тут Остапа, пардон, Юзефа понесло: «Польша должна стать великой океанской и колониальной державой!» Нет, я вовсе не шучу. Поляки планировали построить огромный флот. Причем не только для контроля над Балтикой, но и для колониальных захватов в Африке и Южной Америке.

В конце 1920 года польские представители на Рижской мирной конференции потребовали от советской России передать им два линкора типа «Полтава», два недостроенных крейсера типа «Светлана», 10 эсминцев и 5 подводных лодок. Их вежливо послали… Тогда поляки обратились к барону Врангелю – нельзя ли приобрести линкор и эсминцы или хотя бы отдельно их артиллерию из Бизертской эскадры? Поначалу поляков в Бизерте встретили благосклонно. Но когда наши адмиралы узнали, что ляхи платить не собираются, они пришли в ярость и заявили, что ни под каким видом Андреевский флаг спускать не будут… даром.

Тогда командующий польским флотом вице-адмирал Казимир Порембский разработал большую кораблестроительную программу, включавшую два линкора и два крейсера. Позже решили в течение 8 лет построить 3 линейных корабля, 1 авианосец, 24 эсминца и 21 подводную лодку. И это все при том, что в состав Польши входил маленький кусочек побережья Балтики в 42 морские мили, и ни одного приличного порта.

Уже в начале 1920-х годов в Польше были созданы влиятельные полуофициальные организации – Балтийский институт, Польский институт западных марок и Лига польского судоходства, получившая в 1930 году название Колониально-морской лиги.

Причем «ученые» из Колониальной морской лиги стали доказывать права Польши на часть колоний кайзеровской Германии, отнятых у нее согласно Версальскому договору.

Естественно, что руководили лигой военные во главе с генералом Мариушем Зарусским.

В январе 1936 года в журнале «Може» была размещена статья защитника Польского колониализма  Езиоранского, суть которой сводилась к следующему: «...только тогда Польша станет великой державой, когда сможет поставлять через порты все необходимые ресурсы для производства, а это возможно только тогда, когда будет возможность контролировать добычу и перевозку сырья в Польшу, что ведет к необходимости получить колонии...»

В октябре же 1936 года некий пан Януш Дебский открыто заявлял: «Польша должна выйти из европейских границ, поляки ничем не хуже немцев, итальянцев и японцев, требующих колоний. Но для этого полякам надо ломать подход к современному положению, надо пропитывать колониальной идеологией страну и общество».

МАНИЯ ВЕЛИЧИЯ

Самое забавное, что польские историки хоть и не афишируют эти факты, но и не пытаются оспаривать. Ведь поляки – избранная Богом нация – «Христос Европы». Полякам все можно, москалям все нельзя! Полякам в 1934 году можно заключать Пакт о ненападении с Гитлером, а русским в 1939 году – нельзя.

«Начальник государства» Пилсудский, называвший Чехословакию уродливым детищем Версальского договора, – национальный герой Польши, а нарком иностранных дел Молотов, заявивший в 1939 году, что «Польша – уродливое детище Версальского договора», – исчадие ада.

И такие примеры можно приводить до бесконечности.

Итак, в 1934 году паны вступили в союз с Гитлером. Я не говорю о морали, нравственности, международном праве и т.д., а лишь о куриных панских мозгах. В Варшаве всерьез думали, что Германия станет обезьяной, таскающей для панов каштаны из огня. А почему бы и нет? Послужить Богом избранной нации – великая честь для Гитлера.

1 октября 1938 года германские войска вступили в Чехословакию. Они беспрепятственно заняли не только Судетскую область, населенную немцами, но и ряд районов и городов, где почти не было этнических немцев.

По приказу своего правительства чехословацкие войска 1 октября начали отход с польской границы, а на следующий день польские войска оккупировали район Тешина, где на тот момент проживало 80 тыс. поляков и 120 тыс. чехов и словаков. Таким образом, Польша увеличила у себя процент неполяков, но зато за счет присоединения столь экономически развитого района подняла производственные мощности своей тяжелой промышленности почти на 50%.

28 ноября 1938 года окрыленные успехом Бек и Ко потребовали от Чехословакии передать им Моравску Остраву и Виткович. Но Гитлер сам положил на них глаз и сказал панам: «Цыц!»

В конце 1938 – начале 1939 года польское правительство вело интенсивные переговоры с Гитлером о совместном нападении на СССР. Поляки претендовали на Украину. Немцы не возражали, но потребовали себе Вольный город Данциг и возможность проведения по территории Польши до Восточной Пруссии экстерриториальных железной дороги и автотрассы. По условиям Версальского договора Восточная Пруссия не имела наземной связи с остальной Германией. Поляки не захотели отказаться от претензий на Данциг даже за Украину.

21 марта 1939 года посол Польши Юзеф Липский, недовольный ходом переговоров с Риббентропом, попросил министра иностранных дел Бека (фактического правителя Польши) начать частичную мобилизацию. Мобилизация была начата. На границе с Германией у Вестерштеттена польские части начали занимать линию укреплений.

Но немцы проигнорировали польский шантаж, и 26 марта переговоры были прерваны.

31 марта премьер-министр Чемберлен предоставил Польше гарантии, а 3 апреля Бек направился в Лондон, где между Польшей и Великобританией был заключен союзный договор о взаимопомощи. Франция тоже подтвердила союзническую верность Польше. И только тогда Гитлер подписал директиву на подготовку к осуществлению плана под условным наименованием «Вайс» («Белый»).

23 августа 1939 года Молотов и Риббентроп в Москве подписали Договор о ненападении между Германией и СССР. На следующий день газета «Правда» опубликовала текст договора. Наиболее интересными там были статья II: «В случае, если одна из Договаривающихся Сторон окажется объектом военных действий со стороны третьей державы, другая Договаривающаяся Сторона не будет поддерживать ни в какой форме эту державу»; и статья IV: «Ни одна из Договаривающихся Сторон не будет участвовать в какой-нибудь группировке держав, которая прямо или косвенно направлена против другой стороны».

Кроме того, стороны подписали и секретный дополнительный протокол к договору. В протоколе не было ни единого слова о войне и силовом захвате территорий, а говорилось лишь о возможном территориальном и политическом переустройстве прибалтийских лимитрофов и Польши.

После войны большинство границ в Восточной Европе как раз и установилось по линии договорных разграничений сфер влияния.

ПОСЛЕДСТВИЯ «ЗЛОДЕЙСКОГО» ДОГОВОРА

Как говорили многие мудрецы, практика – критерий истины. Если Молотов и Риббентроп в 1939 году «злодейским» договором установили столь несправедливые границы, то кто мешал в 1991—2017 годы соответствующим странам поменять свои границы до состояния на август 1939 года? Ведь изменили же границы в конце XX века в Германии и Чехословакии, причем мирно и ко всеобщему удовлетворению. Странно, почему все хулители Московского договора 1939 года в Польше, прибалтийских странах и т.д. «падают до ниц», как говорят поляки, перед границами, проведенными такими «редисками», как Молотов и Риббентроп.

Итак, подписание договора с Германией было единственно возможным оптимальным шагом советского правительства. Любое альтернативное действие вело СССР к катастрофе.

Наши историки утверждают, что японская армия потерпела настолько страшное поражение у реки Халхин-Гол, что сразу прекратила все боевые действия. Между тем потери японцев в конфликте были булавочным уколом для огромной Императорской армии. При желании японцы, обладая вторым по величине в мире флотом, могли за три месяца оккупировать Приморье, Камчатку и Чукотку.

А вот подлинной причиной прекращения боевых действий на Халхин-Голе явилось подписание Московского договора, вызвавшего шок в Токио. Через два дня стрельба на Халхин-Голе прекратилась, а затем резко пошли на убыль вооруженные провокации японцев на реке Амур и у берегов Камчатки.

Любопытны прогнозы польских политиков непосредственно перед началом войны. В 1939 году Бек говорил дипломату Старженьскому: «Не думаю, чтобы в течение долгих лет нам что-либо угрожало со стороны нашего восточного соседа. Он слишком слаб, чтобы по собственной инициативе начать военные действия. Ни одно государство не выдержит того, чтобы каждые несколько лет расстреливать свои военные и политические кадры. У нас с Россией договор о ненападении, и этого нам достаточно».

Подобная информация поставлялась в правительство и польской разведкой. Суть разведдонесений: «Красная армия слаба и не посмеет шевельнуться».

И вот началась война. Обратим внимание, как ее представляли польские проправительственные СМИ.

Краковская Tempo Dnia («Темп дня») сообщала 2 сентября: «В ответ на предательскую атаку немецкой авиации на мирные польские города польские летчики бомбили Берлин и Гданьск [Данциг]. Из сообщения Верховного командования от 2 сентября, сообщающего, что в течение двух дней мы потеряли лишь 12 самолетов, можно было сделать вывод, что польские потери в налете на Берлин были небольшими».

Express Poranny («Утренний экспресс») от 6 сентября сообщала о новом налете польской авиации. На сей раз 20 бомбардировщиков «Лось» бомбили Берлин. Одновременно было заявлено, что германские укрепления на границе с Францией – линия Зигфрида – прорваны французами в пяти местах.

9 сентября 1939 года гражданский комиссар Варшавы Стефан Стажинский объявил населению: «Немцы, желая защищаться на западе, должны отозвать свои войска с нашего фронта, чтобы перебросить их на фронт англо-французский. Уже перебросили на западный фронт шесть дивизий, много эскадрилий и танковых частей».

Дальше поляки начинают провокации. 14 сентября в газете «Варшавский национальный дневник» опубликована статья под названием «Немецкие бомбардировщики с польскими опознавательными знаками атаковали советскую территорию». Как пишет статья, московское радио сообщило, что несколько польских бомбардировщиков вторглись на советскую территорию и бомбили села. Это не единственный случай... Далее польская газета пишет, что, мол, это были «немцы с польскими опознавательными знаками».

А вот еще одна статья: «Немецкий самолет сбит над Россией»: «16 сентября. Москва. Над территорией России около Киева сбит немецкий бомбардировщик. Летчики спаслись на парашютах. Они интернированы».

Поляки всеми силами пытались спровоцировать советско-германский конфликт. Ни один германский самолет в сентябре 1939 года не пересекал старой советской границы. Зато польские самолеты с 12 сентября начали регулярно вторгаться в воздушное пространство СССР.

Вот донесение пограничников: «13 сентября в 12.05 через советскую границу перелетел польский самолет. 16 сентября в 7.55 на участке заставы Степановская пролетел польский разведчик. В тот же день на участке заставы Збриж пролетел польский трехмоторный бомбардировщик» (видимо, «Фоккер» F.VII B/3. – А.Ш.).

В свою очередь, немцы всеми силами пытались заставить Кремль ввести войска на территорию Западной Белоруссии и Западной Украины. 15 сентября посол в Москве граф Шуленбург заявил Молотову, что рейх не собирается разворачивать в советской сфере восточнее линии Нарев–Буг–Висла–Сан политической или административной деятельности, и «здесь может возникнуть новое государство».

Нетрудно догадаться, что речь шла не о польском гособразовании, а о фашистском украинском государстве. Немцы создали на территории Чехословакии подразделения украинских националистов, которые с началом войны вторглись в Польшу. Их поддержали банды местных националистов. В итоге к 17 сентября банды УНА-УНСО убили или взяли в плен свыше 3 тыс. польских военнослужащих.

Понятно, что советское правительство не могло допустить как выход германских войск на старую границу, так и создание бандитского государства на территории Западной Украины и Западной Белоруссии. Наконец, как население, так и руководство БССР и УССР требовали воссоединения со своими западными областями, отторгнутыми силой оружия поляками 20 лет назад.

17 сентября 1939 года Красная армия пересекает границу бывшего Польского государства. К тому времени оно не имело армии, а только ряд деморализованных частей. Ну а правительство Польши драпануло в Румынию, прихватив с собой золотой запас страны.

А как же польское правительство отреагировало на ввод частей Красной армии? Да никак – войну не объявили и согласия не давали. Паны министры были озабочены, во-первых, собственной безопасностью, а во-вторых, транспортировкой столь ценного «багажа».

БЕЗ КОММЕНТАРИЕВ

На Западе сейчас модно заканчивать политические телепередачи: «No comment». Последую и я их примеру.

В начале 1734 года в Польше начался очередной бардак, пардон, «бескоролевье». По сему поводу Луи XV решил посадить на польский престол своего зятя Стася Лещинского. В Данциг, осажденный русскими войсками, прибыл французский флот. На берег десантируются лучшие полки королевства – Перигор, Блезуа, Турнеси. Фельдмаршал Миних обозревает их в подзорную трубу и восхищается: «Ах, какие красавцы! Рослые, сильные!» Русские офицеры возмущены: «Надо атаковать, пока все не высадились!» Фельдмаршал цыкнул: «Не мешать! Россия нуждается в руках для извлечения сибирских руд». Миних не удостоил «лягушатников» генеральным сражением. Для капитуляции оказалось достаточно огня русских крепостных орудий и голода.

Из сдавшихся во Францию вернулся каждый двадцатый. Кто-то остался добывать руду, а кто-то в барских усадьбах учил дворянских недорослей, будущих «Екатерининских орлов».

Лето 1939 года. Англия дает гарантии Польше. По сему поводу известный американский журналист, хорошо знавший Польшу, заявил: «Вполне можно застраховать пороховой завод, если на нем соблюдаются правила безопасности, однако страховать завод, полный сумасшедших, немного опасно».  

Автор Александр Широкорад

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

625
Похожие новости
11 ноября 2017, 12:48
17 ноября 2017, 05:48
15 ноября 2017, 06:48
13 ноября 2017, 07:48
14 ноября 2017, 07:48
11 ноября 2017, 15:48
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 ноября 2017, 07:48
13 ноября 2017, 11:48
12 ноября 2017, 09:48
14 ноября 2017, 22:48
15 ноября 2017, 22:48
16 ноября 2017, 07:48
17 ноября 2017, 23:48