Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Кандидат Лисицына против капиталистической сволочи

Небольшое предисловие:

Выборы-уиборы. Мы уже привыкли, что на выборах президента выдвигаются солидные дяди, бизнесмены или чиновники, за которыми стоят ещё более солидные денежные мешки и связи в Кремле.

Вы можете себе представить, чтобы на выборах президента вдруг выдвинулась, например, ваша соседка по этажу — фасовщица с рыбной фабрики? Или ваш бывший одноклассник, автослесарь? Или девушка из одной с вами панк-тусовки, маляр судоверфи? Коллега по цеху с токарного участка? Товаровед или дворник? Горничная? Водитель трамвая? Да быть такого не может: политики — это всегда холёные солидные дяденьки из телевизора, которые тем меньше вызывают уважение, чем больше лепят из себя уважаемых персон.

Почти всегда, кстати, именно дяденьки, а не тётеньки: политтехнологи уверены, что серые массы больше верят в солидность мужских образов, а не женских. Чтобы рабочих представляли сами рабочие, да к тому же женщины наравне с мужчинами — в это политтехнологи не верят.

Ну и пусть, не стоит уподобляться архитекторам общественного мнения. Главное, что верим мы. Разрешите вам представить нашего кандидата —


Наталью Сергеевну Лисицыну, крановщицу с Кировского завода (сейчас Кировский завод поделён на кучу формально независимых АО). Познакомился я с ней давно, когда она ещё работала крановщицей на "Электросиле". В 90-х годах львиная доля высокотехнологичного производства пошла под нож. Новоявленные капиталистические менеджеры сочли, что на их предприятиях слишком много инженеров, и Наталья Лисицына попала под сокращение. Тогда она устроилась на завод уже по рабочей специальности и проработала полтора десятка лет. Но в 2012-м менеджеры решили, что на этот раз им не нужны производственные здания у Московского проспекта вместе с работающими там членами профсоюза "Защита", поэтому после переезда производства в Шушары, работать на новом месте взяли всех пожелавших рабочих, кроме членов профсоюза. Так Наталья Сергеевна оказалась на "Кировском заводе".

Легко ли выдвинуть обычную крановщицу в президенты, и вообще, возможно ли такое, не имея сотни миллионов рублей в загашнике, кремлёвских покровителей или олигарха-спонсора? Такое вполне возможно, если у вас есть контакты с рабочими коллективами двух десятков крупных промышленных предприятий в пятимиллионном городе, готовые к поддержке дисциплинированные товарищи по партии, налаженные рабочие связи с парторганизациями и дружественными группами в большинстве регионов страны. Короче, нашей маленькой банде марксистов-ленинцев, именуемой РКРП, при поддержке многих и многих наших хороших друзей, это оказалось по плечу. Трудно будет собрать необходимые подписи, и я заранее готов впасть в истерику, предчувствуя, что весь январь буду пахать как лось всё свободное от работы время, причём бесплатно. Стоят ли усилия того, чтобы поднять политического активиста — рабочего — до уровня политиков-миллионеров, я для себя уже решил. Решайте и вы.

Конечно, я немного слукавил, когда сказал, что Наталья Лисицына — обычная крановщица. На самом деле она — необычная крановщица. Это просто необыкновенная женщина, профсоюзная активистка, настоящий представитель своего класса, а кроме того, коммунистка, марксистка и горячий последователь идей Ленина. Может, рабочему человеку вовсе и необязательно быть горячим последователем идей Ленина, но, по-моему, налицо факт: с идеями Ленина рабочий класс добивается большего, чем без них.

Источник: Иван Кавот

Партия «РОТ Фронт» выдвинула в президенты России уроженку забайкальского посёлка Хапчеранга Наталью Лисицыну. ЦИК допустила её к сбору подписей. Кандидат работает крановщицей на заводе в Санкт-Петербурге, считает парламентских коммунистов предателями дела Ленина и идёт на выборы ради борьбы не за кресло в Кремле, а за умы пролетариата. Корреспондент «Чита.Ру» поговорил с Лисицыной о её забайкальских родственниках, классовой борьбе и «красном» будущем России.

— Вы родились в Кыринском районе. Что ещё связывает вас с Забайкальем?

— Отец у меня учился [здесь]. Закончил, наверное, в 58-м году, и мы по распределению уехали в Иркутскую область. Поэтому воспоминания [о Забайкалье] только детские. Потом ещё лет в 10 приезжала на каникулы. Кроме цветения багульника и саранок ничего толком не помню.

— Здесь остались родственники?

— Много. В Чите двоюродные брат и сестра, и дядья там — родственников полно. Возле Хапчеранги жила тётка с детьми. Но у нас связь давно потеряна.

— Вы пытались с ними связаться, может, собирались сюда приехать?

— Нет.

— Вы в курсе нынешней ситуации в регионе: политической, экономической?

— Знаю, что Хапчеранга моя несчастная напрочь загублена — осталось 700 человек. А был городок приличный. Хотя, может, это мои детские воспоминания.

— Существует мнение, что Москве до края нет дела.

— Конечно. Им не до того, нужно набивать [деньгами] мешки.

— А вы в случае избрания что сможете предложить забайкальцам?

— При существующей расстановке сил [выиграть выборы] невозможно. Победит, конечно же, Путин. Прекрасный президент, такие мелочи замечает: вроде [низкого] МРОТ. Никто проблему не видел, а он заметил — повышать теперь будут. Вокруг разруха, но люди всё равно и на этот МРОТ живут.

Раньше, например, на Север ехали: кто за туманом, кто за деньгами. Сейчас за туманами не ездят, а за деньгами — смысла нет. Люди выживают незнамо на что.

Несколько лет назад была в Кировске [Мурманской области]: там женщина идёт и покупает ребёнку одно [куриное] яйцо — до чего же это надо дожить! Раньше у нас было изобилие. Сейчас не знаю, как люди живут на эту нищенскую зарплату. Наши 50 долларовых миллиардеров — это 50 миллионов нищих в стране.

-Вы говорите, раньше было лучше. Раньше — это когда?

— В советское время, конечно.

— Но экономическая ситуация была разной. Какой период истории Советского союза вы считаете временем изобилия и благополучия?

— Семидесятые и восьмидесятые практически до конца. До девяностых чуть-чуть не дотянули.

— Ваши забайкальские однопартийцы сказали нам, что считают исход выборов решённым делом, и что цель кампании не избрать президента, а организовать рабочих на борьбу за права. Вы согласны?

— Да. Именно самоорганизация рабочих может изменить дело. А пока только нытьё — «с нами делают, что хотят». В таких случаях отвечаю: не что хотят, а что мы им позволяем. Всюду невыплаты, задержки зарплат, рабочему в Питере не на что хлеба купить — куда уж дальше, не знаю. [Ничего не изменится], пока рабочие не сообразят, что это их 100 миллионов, а не всякой сволочи, которая устраивает нам хороший капитализм.

Вернули страну на сто лет назад и говорят, что коммунизм — тупиковая ветвь [развития государства], что его быть не может. Что за чушь?! Рабочим нужно задуматься на минутку, что имели, и что теперь. Но все бояться.

— Кого вы понимаете под рабочими? В том же Забайкалье осталось не так много промышленных предприятий.

— Всех трудящихся. Противоборство классов растёт, но не все понимают это.

— Вы считаете, что классовая борьба до сих пор актуальна?

— Конечно. А что ещё?

— Сейчас ведь нет такого чёткого разделения на классы, сословия, как сто лет назад.

— Оно сейчас ещё чётче проявляется. Сто лет назад неграмотный народ был как будто бы грамотнее политически. Нужно самоорганизоваться и держать своё. Буржуи между собой грызуться, постреливают даже, но против рабочих стеной стоят. До [пролетариата] пока не доходит, что только их организованное движение может изменить всё.

— Ваше отношение к Коммунистической партии России: насколько они идеологически близки?

— Совершенно уже не близки. Они говорят: голосуйте за нас, и всё. Считают, будто выборами можно что-то изменить, а нас видят противниками. Будто мы хотим у них что-то отнять. Хотя, у них действительно есть, что отнимать. А вот у «РОТ Фронта» нет миллионеров-спонсоров.

Капитализм нам [россиянам] не нужен совершенно. Может, нескольким сотням. А рабочим что? Даже просто трудящимся. Заводы-то позакрывались — настоящих рабочих осталось не так много. Когда работы нет, всё прахом идёт: жильё, учёба, лечение.

— На этих выборах КПРФ выставила Павла Грудинина, не члена партии. Для многих он — главная альтернатива действующему президенту. Как вам его кандидатура?

— Он побывал, наверное, во всех партиях: и в «Единой России», и в «Яблоке». Может, он и неплохой мужик, но таких перевёртышей я недолюбливаю. Не бывает бывших коммунистов — такие [по-настоящему] не были ими никогда. Или карьеру строили, или ещё что. Нужно быть предателем и подлецом, чтобы подстраиваться, перекрашиваться по-быстренькому.

Тридцать лет строят капитализм — ничего не получается, но все боятся признать. Ещё втюхивают цирк с этими выборами.

— Вы не считаете выборы эффективным политическим институтом?

— В настоящее время выборы — просто шоу. Всё известно заранее.

— При этом вы неоднократно участвовали в выборных кампаниях разных уровней в Петербурге. Почему, как считаете, попытки оказались безуспешными, что помешало стать депутатом?

— Ну как что…

— Тогда вы также скептически относились к выборам?

— Нам [«РОТ Фронту»] нужна была большая известность. Для многих единственный коммунист — Зюганов. Дискредитировал он всех. Попробуй теперь [народ] переубедить.

— И что делает партия, чтобы найти сторонников? Как организовать рабочих, если о вас не знают?

— Разговаривать с ними. Призывать. Вроде они все понимают, но страх потерять работу [сильнее]. Только обо мне узнали на заводе, сказали: рабочий должен работать, выполнять — указания начальства, а в политике делать нечего. Когда организовала профсоюз на «Электросиле», сразу же давление началось. Чтобы не общалась с рабочими, меня посадили в помещение, где должна была находиться, никуда не выходя. Долго не могли уволить, но потом нашли причину — и всё за агитацию, за борьбу за повышение зарплат.

— Путин объявил о выдвижении на новый срок перед рабочими завода «ГАЗ», и они его единогласно поддержали. 

— Ах, эти восторги показные при появлении Путина… На том заводе работало 116 тысяч, а сейчас — шесть, которых нарядили и согнали встречать [президента] (по информации ИА «Нижний Новгород», в 2009 году после сокращений на заводе остались 11,5 тысячи сотрудников — ред.). Восторг [от того], что хотя бы их оставят и не сократят. Мы [«РОТ Фронт»] так не можем: придти на завод и спасти всех.

— Как кандидат в президенты каким вы видите будущее России?

— В социализме.

— В его брежневском варианте образца семидесятых-восьмидесятых?

— Нам не надо прежнего — нужно идти вперёд. Общество развивается вверх. А если оно отступает даже на сто лет назад, цивилизация вообще гибнет без развития, без революций.

Не должны предприятия принадлежать частникам. Вот, говорят, государство — неэффективный собственник, но какого хрена ты так управляешь государством, что оно стало неэффективным. У капитализма нет будущего, он давным давно загнил. [Смеётся.] Переходить от одного кризиса к другому — такое может привести только к полному краху. После социализма [в стране] капитализма быть не может, можно построить только то, что мы сейчас имеем: бандитский, преступный [мир]. Нам [до экономического] уровня 1990 года очень далеко — и мы его не достигнем с нынешним правлением.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

723
Похожие новости
18 апреля 2018, 15:03
19 апреля 2018, 10:33
17 апреля 2018, 16:03
18 апреля 2018, 14:33
17 апреля 2018, 13:03
19 апреля 2018, 13:03
Новости партнеров
 
 
Новости партнеров
 
Комментарии
Популярные новости
16 апреля 2018, 13:18
19 апреля 2018, 12:03
18 апреля 2018, 11:03
16 апреля 2018, 17:18
16 апреля 2018, 19:18
17 апреля 2018, 18:03
13 апреля 2018, 13:18