Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Heise: на Украине не ждите хэппи-энда

Правда ли, что Евромайдан направил Украину после 2014 года в сторону демократии и верховенства закона? К сожалению, это более чем сомнительно.
Оптимисты заявляют, что в последние пять лет на Украине произошло больше положительных изменений, чем за предыдущие 23 года независимости. Они указывают на реформы в государственной сфере, энергетическом секторе, полиции и на децентрализацию. Десятки активистов стали членами парламента и пытаются взломать закостеневшую политическую культуру изнутри. Это же успех, особенно если сравнивать украинский парламент с аналогами на постсоветском пространстве. И не в последнюю очередь стоит отметить, что исход президентских выборов 31 марта остается открытым, чего поистине невозможно ожидать от других стран СНГ!
Посыл оптимистов: прогресс воодушевляет, пусть и недостаточно. Украина — на правильном пути, что стало бы еще заметнее, если бы Россия не чинила препятствий, если выражаться мягко.
Однако оптимисты скорее выдают желаемое за действительное. Это можно проиллюстрировать на примере захватывающей истории, о которой, кстати, западные СМИ практически ничего не рассказывали…
Дело «Приватбанка»
«Приватбанк» со свыше 30 тысяч сотрудников в 3202 филиалах и отделениях был крупнейшей кредитной организацией страны, в нем хранилась треть сбережений граждан Украины. Долгие годы руководящие позиции в банке занимал назначенный новым руководством Майдана в 2014 году министром финансов Александр Шлапак.
Было ли случайностью, что именно этот банк в первые месяцы после смены власти в конце февраля 2014 года получил около 40% многомиллиардной помощи МВФ, переведенной украинским банкам для стабилизации? Эта цифра превышала долю кредитного института на рынке.
В декабре 2016 года Национальный банк Украины был вынужден взять «Приватбанк» под свой контроль из-за миллиардной бреши в балансе. Центробанк объяснил недостающие миллиарды тем, что «Приватбанк» передал по меньшей мере 95% выданных компаниям кредитов организациям, тесно связанным с собственниками банка. Эти кредиты зачастую не обслуживались, миллиарды оседали обходными путями на счетах собственников. Фактически вмешалась рука государства, чтобы сбалансировать миллиарды, осевшие у миллиардеров.
Отделение ПриватБанка в Киеве, Украина. 19 декабря 2016
Речь шла о Геннадии Боголюбове и Игоре Коломойском, основателях и основных собственниках «Приватбанка». Они давно входят в число самых богатых людей Украины. Остановимся на фигуре Игоря Коломойского, который и в нынешней президентской гонке играет центральную роль.
Коломойский после смены власти на Украине в феврале 2014 года некоторое время был губернатором Днепропетровской области, а также финансировал полк «Днепр-1», который участвовал в боевых действиях в Донбассе. Это обеспечило ему в патриотических кругах политический имидж и широкое влияние. Также Коломойскому принадлежат влиятельные медийные компании, он владеет 70% канала «1+1», второго по значимости телеканала Украины.
Наблюдатели еще за год до передачи «Приватбанка» под управление Национального банка сомневались, есть ли у него будущее, учитывая его экономическую политику. Кроме того, в декабре 2015 года латвийские власти установили, что рижский филиал банка играл важную роль в «исчезновении» свыше одного миллиарда долларов из банков Молдавии.
Вместе с тем Национальный банк Украины незадолго до банкротства «Приватбанка» предоставил ему миллиарды для рефинансирования, и 1,8 миллиарда снова исчезли. Могли ли сомнительные экономические действия и приближающееся банкротство ускользнуть от внимания контролирующих органов? Но они также «ускользнули» и от компании «ПрайсуотерхаусКуперс» (PricewaterhouseCoopers), которая проводила аудит банка с 2007 года. Аудиторская компания с 223 тысячами сотрудников в 157 странах входит в число четырех крупнейших компаний своей категории. За грубую небрежность или криминальный подход никто не был привлечен к уголовной ответственности — ни владельцы, ни менеджеры «Приватбанка», ни ответственные украинские надзорные ведомства, ни аудиторы.
Это связано не в последнюю очередь с фигурой украинского генпрокурора Юрия Луценко. В ноябре 2017 года он тайно встретился с Коломойским в Амстердаме, что было лишь случайно обнаружено и снято на камеру одним украинским студентом. Абстрагируясь от этой, вероятно, анекдотической ситуации, можно заметить, что недостатки украинской юстиции имеют системный характер. Так, например, не было раскрыто ни одно убийство журналистов последних лет, никого не отправили за решетку из-за смертей на Майдане в январе-феврале 2014 года. А Интерпол исключил бывшего президента Виктора Януковича в мае 2017 года из списка разыскиваемых лиц, поскольку украинские власти располагали лишь громкими предположениями, но не данными серьезного расследования о возможном уголовном правонарушении. Может, в случае расследования выяснилось бы, что и новое руководство замешано в коррупционных связях?
Бывший глава Днепропетровской области Игорь Коломойский
Государственные расходы на «Приватбанк» превышали расходы на украинские вооруженные силы, операция по спасению от банкротства стоила явно больше 5% ВВП страны — в общей сложности 5,6 миллиардов долларов.
Украинские налогоплательщики и международные кредиторы поначалу лелеяли надежду, что из-за банкротства банка миллиардные потери значительно сократятся. Коломойский и Боголюбов в конце 2016 года в письменной форме заверили, что кредиты банка связанным с ним компаниям будут реструктурированы до 1 июля 2017 года. Но признаков этого не видно до сих пор. Вместо этого связанные с обоими олигархами компании пошли правовым путем, чтобы принудить Центробанк и правительство признать недействительной национализацию «Приватбанка». Коломойский заявляет, что банк был отчужден противоправно по политическим соображениям.
Президент Петр Порошенко — также миллиардер — и Коломойский в 2016 году вступили в конфликт в ходе заявления притязаний и с тех пор рассорились. Правовые споры вокруг «Приватбанка» все еще не завершены. Шансы Коломойского решить конфликт в свою пользу за последние месяцы значительно выросли по двум причинам:
1. Высокий суд Лондона, один из крупнейших британских судов, с осени 2017 года занимался вопросом «Приватбанка». Однако в ноябре 2018 года он заявил, что не является ответственным по делу о пропавших миллиардах. Именно этого добивались адвокаты Коломойского. Дело должно рассматриваться исключительно украинскими судами. Олигарх по праву исходит их того, что украинское правосудие больше подвержено давлению, нежели английское.
2. Двое из трех основных кандидатов на пост президента (выборы состоятся 31 марта) связаны с Коломойским. Речь идет о Владимире Зеленском и Юлии Тимошенко. Связи очевидны, но насколько они тесные — спорный вопрос. Зеленский и особенно Тимошенко с ее богатым политическим опытом — явно не просто марионетки олигарха, но вероятная победа одного из кандидатов значительно усилит позиции Коломойского, это понятно. И это произойдет, только если за бортом останется его крупнейший противник — Порошенко. Коломойский еще в середине 2018 года был на пятой строчке в списке самых влиятельных украинцев, опережая премьер-министра Владимира Гройсмана. Так что шансы Коломойского снова подняться высоки.
После этой создающей соответствующее настроение истории переходим к основам общества и государства.
Украинская экономика
Украина ввиду своих многолетних проблем в экономике и самообогащения элит еще в 2013 году находилась в остром структурном экономическом кризисе. Сильный спад в экономике наблюдался в 2014-2015 годах, не в последнюю очередь из-за войны на востоке страны. В 2017 и 2018 годах произошел значительный рост.
Все же Украина, как и в 2013 году, по-прежнему остается единственным государством бывшего СССР с более низким доходом на душу населения, чем в 1991 году. Нет европейской страны, где зарплаты были бы ниже, чем на Украине. Поэтому страну ежегодно покидают порядка одного миллиона человек, чтобы отправиться в Россию, Польшу или другие страны — и, вероятно, остаться там жить. Денежные переводы мигрантов в 2018 году составили порядка 13 миллиардов долларов — это около 10% украинского ВВП, и тенденция растет. Экономический подъем прошлых двух лет связан не в последнюю очередь с деньгами, которые «гастарбайтеры» переводят на свою старую родину. Цена эмиграции высока — семьи раскалываются, а страна демографически кровоточит.
Инвестиционная деятельность остается недостаточной, так что и в ближайшие годы не стоит ожидать экономического чуда. А прямые иностранные инвестиции не просто остаются на очень низком уровне, но и, несмотря на ассоциацию с ЕС, демонстрируют отрицательную динамику. Они даже стали существенно ниже, чем в период с 2011 по 2013 год.
Приток иностранного инвестиционного капитала в Россию в 2017 году составил 25,3 миллиардов долларов, на Украину — лишь 1,9 миллиардов. 506 миллионов из них пришли с Кипра, по всей вероятности речь идет об украинских и российских доходах от незаконного бизнеса (доля кипрских средств в иностранных прямых инвестициях России примерно на том же уровне). Кстати, российские инвестиции в украинскую экономику превышают инвестиции из Германии более чем в три раза.
Описанная выше история, а также сведения об экономическом состоянии действуют отрезвляюще. Могут ли украинцы, несмотря на все это, придерживаться мнения, что они на правильном пути?
Отношение населения к политической системе
Американский исследовательский институт «Гэллап» (Gallup) 21 марта 2019 года опубликовал результаты опроса, проведенного в 160 странах. Так, лишь 9% украинцев доверяют правительству своей страны. Это самый низкий показатель в мире. Он даже ниже соответствующего показателя при смещенном президенте Викторе Януковиче. А при нем украинское руководство, без сомнений, было и коррумпированным, и некомпетентным.
Согласно данным «Гэллап», только 12% украинцев ждут честных выборов. И этот показатель ниже, чем в годы до Майдана. 91% опрошенных украинцев считают коррупцию в правительстве широко распространенной. И по этому вопросу при Януковиче показатели были лучше.
Американская организация Международный республиканский институт пришла к схожим катастрофическим выводам. Во всех двенадцати опросах с 2015 года менее 20% респондентов отмечали, что Украина развивается «в правильном направлении». В среднем, свыше 70% считают, что страна движется в «неверном направлении». Но президент и правительство страны однозначно легитимированы выборами, не так ли? Ответ должен звучать — «да, но…».
Возьмем президентские выборы в мае 2014 года. Петр Порошенко выиграл уже в первом туре, получив абсолютное большинство голосов. На всех предыдущих украинских выборах президента был второй тур. Но результат не такой однозначный, как это может казаться. Порошенко и следовавшая за ним Юлия Тимошенко вместе набрали меньше голосов, чем Виктор Янукович на президентских выборах 2010 года. И вот решение загадки: явка на выборах в западной и центральной частях страны была не особо высока, а на юге и востоке — очень низкая. В 2004 году проголосовали свыше 28 миллионов человек, в 2014 году — менее 18 миллионов. Непохоже на прорывные настроения.
В середине апреля 2014 года, то есть за семь недель до смены власти в Киеве, американский исследовательский институт «Пью» (Pew) задал следующий вопрос: «Нынешнее правительство в Киеве оказывает хорошее или плохое влияние на развитие Украины?» На востоке страны 67% опрошенных отметили, что руководство оказывает плохое влияние, на Западе — 28%.
Подведем итог: на вопрос, узаконили ли выборы украинское руководство, нужно ответить «да, но…» Кроме того, самое позднее с 2015 года президент и правительство столкнулись с уникальным в мировом масштабе неприятием, в особенности на востоке страны. К этому вопросу мы перейдем в следующей теме.
Националистическая политика
Майдан начала 2014 года не был «фашистским путчем» и произрастал из широкого народного движения, даже если на юге и востоке страны неприятие смены власти значительно перевешивало. Но готовые к насилию неонацисты в боях в Киеве играли важную, если не главную роль. И их значение еще больше возросло из-за войны на востоке Украины.
Ультраправые — небольшое меньшинство, на выборах они могут получить только несколько процентов. Но в их распоряжении — тысячи готовых к насилию вооруженных бойцов. А их сторонники высоко мобилизованы. Ультраправые могут вывести на улицы больше людей, чем любая партия или коалиция НПО.
Часть государственной власти и неонацисты после Майдана живут в обоюдно выгодном симбиозе. Так, Вадим Троян возглавляет киевскую полицию. Он был заместителем командира неонацистского батальона «Азов» в ранге полковника. Поэтому правые радикалы отчасти могут действовать вне рамок закона. Украинский министр внутренних дел Арсен Аваков, который считается вторым или третьим по влиянию человеком на Украине, защищает вооруженных ультраправых. Тем самым они повышают свой потенциал угрозы и свое влияние.
И некоторые олигархи поддерживают тесные связи с ультраправыми, например, герой нашей истории Игорь Коломойский. Олигархи и часть политического руководства разжигают радикальный национализм и пользуются им, потому что он меньше угрожает их интересам, чем настоящие реформы, которые как раз и разрушают их власть.
Подавляющее большинство население, очевидно, полагает, что настоящих реформ нет. Чтобы отвлечь внимание, руководство проводит гипернационалистический курс, который решительно отвергают на юге и востоке страны.
Как на практике выглядит националистический курс? Вот несколько примеров. В 2015 году украинский парламент объявил военизированные формирования Украинская повстанческая армия* и Организация украинских националистов* борцами за свободу. Обе организации существовали в период с 1942 по 1956 год, и их ненавидят на юге и востоке страны. Они участвовали в убийствах сотен тысяч евреев и от 70 до 100 тысяч поляков. Однако высказывания в духе «публичного презрения» в отношении обеих организаций были объявлены уголовно наказуемыми.
В январе 2018 года на Украине была запрещена книга «Сталинград» известного британского историка Энтони Бивора, отмеченная международными премиями. С 2016 года законом запрещен ввоз «антиукраинской» литературы. В чем же проступок Бивора? В единственном пассаже его книги об убийстве 90 еврейских детей одной украинской группой.
Приведем несколько еще более основательных примеров. Украина до недавнего времени была многонациональным государством. На западе очень важную региональную роль играли венгры, румыны и поляки, на юге и востоке страны — русские. Хотя значение русского языка с 1991 года падает, он все-таки остается сопоставимым по значимости и распространению с украинским. Нынешнее киевское руководство хочет форсировать «украинизацию» страны, что четко выражается в языковой политике: с марта 2017 года 75% национальных телепрограмм и как минимум 50% регионального теле- и радиовещания должно транслироваться на украинском языке. В особенности это касается русскоязычных СМИ, но также и других меньшинств.
Также в 2017 году в силу вступил новый закон об образовании. Так, в первых четырех классах школы преподавание по-прежнему разрешено на языках, официально одобренных наряду с украинским. Но с пятого класса обучение должно проходить на украинском языке. Лишь некоторые предметы могут и дальше преподаваться на языках меньшинств — но только на языках стран ЕС, то есть не на русском. При этом из примерно 15 тысяч школ на Украине лишь в 581 преподают на русском языке, в 75 — на румынском, в 71 — на венгерском и в пяти — на польском.
Сейчас украинский парламент рассматривает законопроект, согласно которому «отрицание российской агрессии против Украины» должно преследоваться по закону. Нарушителям грозят долгие годы тюрьмы. Мятеж на востоке Украины, без сомнения, был спровоцирован Россией, но у него есть и внутриукраинские причины. Значительная часть населения на юге и востоке страны с ненавистью относится к националистической политике Киева. Этих критиков нужно еще больше запугивать.
Акция Защити украинский язык в Киеве
Жесткая антироссийская политика и украинизация — центральные задачи для большой части населения, прежде всего на западе страны. Но на юге и востоке эту политику так же решительно отвергают. Националистическая политика препятствует примирению между расколотыми востоком и западом. Но не стремится ли элита отвлечь внимание от настоящих изменений? Значительная часть меньшинства населения, без сомнения, хочет украинизации. На этих избирателей и делает ставку Порошенко в свой предвыборной кампании.
Данные опросов Киевского института социологии и критически настроенного по отношению к Кремлю Левада-центра дают повод для надежды. В феврале 2019 года 57% украинцев положительно или очень положительно относились к российскому государству, на западе Украины — 41%, на юге и востоке страны — от 70 до 75%. Это самые высокие показатели за пять лет. При этом на Украине небезопасно высказывать симпатии по отношению к России.
Как реагирует Запад на развитие на Украине? И здесь можно многое сказать, но сконцентрируемся на одной теме.
Западные кредиторы и Украина
В 2014 году Национальный банк Украины отказался предоставить МВФ точные данные о перечислении украинским банкам средств, хотя это требуется в соответствии с правилами МВФ. МВФ стерпел.
Брюссель также действовал беспечно. В марте 2014 года Еврокомиссия решила оказать Украине поддержку в размере 11,2 миллиардов евро до 2020 года. В декабре 2016 года Европейская счетная палата была вынуждена констатировать, что не может определить, какое количество средств было использовано. «Может быть, небольшая часть утонула в Приватбанке?»
Недоверие западных кредиторов к украинскому руководству росло. МВФ хотя и заявил в апреле 2017 года, что предоставит Украине еще один миллиард долларов, однако ужесточил условия по прочим платежам. Также он напомнил о радикальных мерах против коррупции. А ЕС увязал отмену виз с выполнением детальных требований по борьбе с коррупцией.
МВФ предоставил Украине в период с весны 2014 по конец 2018 года «всего лишь» 11,6 миллиардов долларов вместо согласованных 17,5 миллиардов. Однако для Киева на основании соглашения с МВФ открылся доступ к зарубежному рынку капитала, чтобы он мог получать там кредиты. Тем самым дефолт, который некоторое время казался возможным, был отсрочен по крайней мере на этот год.
В ноябре 2018 года представитель МВФ на Украине Йоста Юнгман заявил: «Пока что ни одно высокопоставленное лицо не было осуждено за коррупцию». Это имеет системный характер. Проведенная на Украине в 2017 году судебная реформа предполагает в том числе и сокращение времени расследования с 15 лет до шести месяцев, а «безуспешные» расследования должны быть завершены уже через год. По-прежнему, как и до Майдана, ясно, какие расследования могут быть безуспешными…
Представители общественных организаций на антикоррупционной акции у здания Верховной Рады Украины
Украинский конституционный суд в феврале 2019 года объявил центральные пункты антикоррупционного законодательства противоречащим конституции. Таким образом, многочисленные незаконченные дела могут обернуться ничем.
Большая часть западных ответственных лиц не доверяют украинскому руководству, и недоверие растет. Но звучат лишь сдержанные оговорки: в конце концов, Запад поддерживает Киев.
В декабре 2018 года ЕС перевел Украине первый транш в размере 500 миллионов евро из общей суммы свыше одного миллиарда. Выплата кредита с процентной ставкой 1,25% запланирована на 2033 год.
В заключение
Почему Запад поддерживает Киев? Это большой и обоснованный вопрос. На его обширное рассмотрение, вероятно, не хватит ни вашего терпения, ни, честно говоря, моих сил и времени. На основе данного обстоятельного анализа сделаем следующие выводы.
В конце 2004 года, когда началась так называемая Оранжевая революция, Украина видимо, уже планировала встать на путь реформ и верховенства закона. Но все же Украина осталась плохо управляемой страной с большим социальным дисбалансом, беззаконием и свирепствующей коррупцией, превышающей по масштабу российскую.
В 2014 году у миллионов украинцев появилась надежда на настоящий прорыв. Но временное окно, в которое были возможны реальные реформы, по всей видимости, закрылось. Многие активисты и ориентированные на реформы политики в последние годы сдались. Кажется, будет повторение Оранжевой революции, а не хэппи-энд.
Но 31 марта пройдут президентские выборы, а 21 апреля, вероятно, второй тур. Изменят ли они что-то к лучшему? Считаю, это возможно. В любом случае будет интересно.
*экстремистские организации, запрещены в РФ
Материалы ИноСМИ содержат оценки исключительно зарубежных СМИ и не отражают позицию редакции ИноСМИ.

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники

Загрузка...


Загрузка...
1104
Похожие новости
19 августа 2019, 11:48
18 августа 2019, 10:48
19 августа 2019, 14:18
19 августа 2019, 09:18
17 августа 2019, 23:33
19 августа 2019, 06:48
Новости партнеров

 
 
Новости СМИ

Новости партнеров
 
Новости СМИ
Популярные новости
14 августа 2019, 14:18
18 августа 2019, 10:48
15 августа 2019, 00:18
16 августа 2019, 11:18
17 августа 2019, 19:48
16 августа 2019, 16:18
12 августа 2019, 18:33