Главная
Россия Украина Политика Мнения Аналитика История Здоровье Видео

Американская пропагандистка удивлена: почему-то весь мир не встает как один за Украину (The Atlantic)

На прошлой неделе дети катались на катке недалеко от офиса президента в центре Киева, а туристы фотографировались перед заснеженными церквями с куполами в виде луковиц. В магазинах, как и всегда, в это время года, было полно людей, делающих покупки к Новому году и Православному Рождеству. Аэропорты были переполнены.
Другими словами, в украинской столице не происходило ничего необычного — ничего, кроме существования чрезвычайных планов на случай возможного вторжения России. Хотя их не видно с катка, но вокруг границ Украины сконцентрированы более 100 000 российских военнослужащих с оружием, боевой техникой, полевыми госпиталями и боевыми кораблями на Черном море. Редакторы газет втихомолку просят журналистов привести свои личные документы в порядок на тот случай, если им вдруг понадобится поехать в зоны боевых действий. Один западный дипломат сказала мне, что люди, которых она знает, «привыкают к режиму gо-bag — когда вы упаковываете вещь-мешок заранее и готовитесь на случай чрезвычайной ситуации». Черный юмор присутствует повсюду. Когда несколько дней назад Министерство обороны Украины призвало женщин регистрироваться в военкоматах, по мобильным телефонам людей разошлось множество шуток и мемов (например, изображение мужчины, лежащего в постели рядом со своей женой и думающего: «Когда же наконец они займутся делом и мобилизуют ее?»). Люди вслух задаются вопросом, придут ли россияне до или после запланированных зимних каникул, и размышляют о том, следует ли им соответственно изменить даты своего отдыха.
В основе всех этих разговоров лежит ощущение нереальности происходящего. Нынешний момент «странный — очень, очень странный», — сказал мне Андрей Загороднюк, бывший министр обороны Украины. Для жителей его страны угроза со стороны России одновременно ужасна и совершенно неудивительна. Загороднюк, как и все в Киеве, отмечает, что Россия уже вторглась в Украину в начале 2014 года. Русские уже оккупируют Крым, который является территорией Украины. Фальшивые «сепаратисты», вооруженные российским оружием, уже контролируют небольшой кусок восточной Украины, где они продолжают сражаться с украинской армией каждый день. Около 14000 человек, включая и солдат, и мирных жителей, уже погибли в конфликте, который продолжается только потому, что российское правительство хочет его продолжения. Прежде чем я даже затронула тему готовности вооруженных сил Украины к новому российскому наступлению, Андрей Ермак, глава офиса президента Владимира Зеленского, напомнил мне: «Мы находимся в состоянии постоянной военной готовности вот уже восемь лет». Именно потому, что украинцы постоянно подвергаются атакам со стороны России, именно они громче всех кричат ​​и взывают к международной общественности, когда происходит эскалация боевых действий, или когда российская армия проводит массовые военные учения вдоль их границ, как это было прошлой весной. Но не на этот раз.
На этот раз тревога звучит в Вашингтоне громче, чем в Киеве. Госсекретарь Энтони Блинкен начал предупреждать европейских союзников о возможном новом вторжении России в Украину еще несколько недель назад, и слухи о грядущих ужасных событиях ходят и по другим западным столицам. Вторжение в Киев. Оккупация страны. Предупреждения, похоже, основаны не только на данных оперативной разведки, которые многие видели — зловещие фотографии военной техники и солдат, скапливающихся у границ Украины, но на сведениях разведки стратегической, которые отражают ход мысли кремлевских инсайдеров, и которые американские официальные лица якобы демонстрируют своим союзникам.
Тревожные звонки звучат также из-за публичного поведения российских дипломатов и официальных лиц, в том числе президента Владимира Путина, который последние пару недель обвинял Соединенные Штаты и их союзников в несуществующей агрессии, например, в воображаемых планах использования химического оружия против поддерживаемых Россией сил на востоке Украины. Фактически, единственный агрессор в регионе — это Россия. Российские войска оккупируют не только часть Украины, но также часть Грузии и Молдовы; российские «советники» — бывшие советские комиссары — теперь поддерживают жестокого диктатора в Беларуси и, возможно, собираются аннексировать и эту страну. Органы российской пропаганды регулярно выступают с нескрываемыми угрозами. В канун Нового года российское государственное информационное агентство РИА Новости опубликовало в Твиттере прогноз: «Россия уничтожит Украину в течение 10 минут».
Тем не менее, Россия настаивает на заявлении о том, что она опасается НАТО, оборонительного альянса, который все еще существует в нынешнем 2022 году, потому что очень многие европейцы опасаются России. Путин так много лет поддерживает этот имидж России как жертвы НАТО, что это уже стало банальностью — уже многие российские эксперты сейчас воспринимают такое его поведение как вполне нормальное. Но даже если он сам в это верит, даже если он думает, что горстка американских солдат, сменяющих друг друга в Польше, представляет какую-то физическую угрозу для Москвы, — это не значит, что остальной мир должен мириться с его паранойей.
Это как если бы американский президент требовал, чтобы канадские войска отошли за Полярный круг на том основании, что их присутствие возле Детройта представляет собой неприемлемую угрозу, а остальной мир пробормотал бы свое согласие. По правде говоря, единственное логическое объяснение этим бессмысленным заявлениям Путина состоит в том, что они призваны оправдать полностью неспровоцированное вторжение на Украину, или в страны Балтии, или неизвестно куда еще когда-нибудь в будущем. И именно поэтому люди обеспокоены этим.
В Киеве новизна этого момента породила у людей, с которыми я разговаривал, две точки зрения. Лагерь скептиков, по сути, думает, что вся эта ситуация может быть огромным блефом: русские намеренно решили «напугать американцев», возможно, даже путем организации утечки «обостренных версий» кремлевских дискуссий, чтобы оказать давление на Украину, и заставить ее изменить свою конституцию так, как русские хотели бы, или поставить Путина в центр международного внимания, или восстановить сферу влияния России внутри бывших советских границ. Скептики говорят, что если эта преднамеренно организованная паника и есть путинская игра, то русские могут записать на свой счет некоторые победные очки. Президент Джо Байден уже дважды беседовал с Путиным один на один. На январь намечена целая серия новых российско-американских, российско-натовских и российско-европейских переговоров по безопасности. Изменился и тон дипломатического диалога вокруг Украины. Переговорщики с обеих сторон больше не сосредотачиваются на реальном кризисе на востоке Украины. Вместо этого в центре внимания находятся российско-американские и российско-натовские отношения.
Пока что США еще ничего Путину не дали. Важно отметить, что Байден и другие высокопоставленные представители администрации несколько раз повторяли старую польскую формулу «о нас — ничего без нас», часто используемую в регионе. Это означает, что решения по Украине не будут приниматься через голову украинцев. И это единственный законный ответ на угрозы Путина, многие из которых направлены как раз на противоположное: заставить США исключить украинцев из уравнения.
Представители лагеря пессимистов также полагают, что бряцание Россией оружием было тщательно спланировано. Но они опасаются, что оно отражает реальную перемену: возможно, что Путин наконец решил реализовать свою давнюю мечту об удалении Украины с карты мира. Еще в 2008 году президент России сказал лидерам, собравшимся на саммите НАТО, что Украина — это «не государство». Прошлым летом он опубликовал длинную статью, в которой, среди прочего, утверждал, что русские и украинцы — «один народ». Затем он разослал эту статью каждому солдату российской армии. Заинтересованность Путина в том, чтобы вторгнуться, оккупировать, разделить или иным образом уничтожить Украину — страну, у которой нет ядерного оружия и которая не может вторгнуться в Россию — не является стратегической. Это заинтересованность эмоционального порядка. Распад Советского Союза был, по словам Путина, «величайшей геополитической катастрофой ХХ века». И, по его мнению, расширение российской оккупации украинской территории могло бы помочь исправить эту ошибку.
Интерес Путина носит также идеологический характер. С каждым годом Украина становится все более уверенной, более сплоченной, более европейской. С каждым годом Украина немного приближается к демократии и процветанию. Что, если она этого достигнет? Мысль о процветающей демократической Украины прямо у порога России лично для Путина невыносима. Подобно тому, как независимость Украины когда-то казалась Сталину страшной угрозой для его большевистского режима, так и успешная современная Украина представляла бы слишком серьезный вызов автократической, склеротической, клептократической и все более жестокой политической системе Путина. Что, если россияне начнут завидовать своим украинским соседям? Что, если они решат, что им тоже нужна такая система?
Пессимисты в Киеве опасаются такого сценария: если Путин считает, что Украина рано или поздно должна быть разрушена, если он считает, что исторические ошибки должны быть исправлены, даже если он просто хочет вернуть себе часть популярности, которую потерял из-за пандемии коронавируса, коррупции и слабеющей экономики, у него могут быть причины думать, что сейчас настал самый подходящий момент для этого. Русские видят, что США расколоты, что Европа измучена пандемией и нуждается в российском газе, что никого не интересуют новые военные авантюры. Они также могут видеть, что пророссийские политические силы на Украине медленно теряют свои позиции, что Украина продолжает наращивать свою военную мощь, и просто делают то же самое.
Несмотря на одну очень заметную неудачу в отношениях Киева с Вашингтоном — президент Дональд Трамп попытался использовать военную помощь как инструмент для шантажа Зеленского и получил за это импичмент — США продолжали оказывать Украине помощь в обучении армии и военную помощь, включая 450 миллионов долларов на оборонительное оружие в прошлом году. Ничего из этого не позволит Украине атаковать Россию, но может помочь украинцам защитить себя. Русские это знают и делают соответствующие расчеты. Один российский аналитик Владимир Фролов отмечает, что цена вторжения на Украину неуклонно растет — из-за экономического роста страны, консолидации нации и военных инвестиций — и предполагает, что цена может еще больше повыситься в будущем, поэтому Москве следует действовать сейчас.
Украинцы тоже думают об этой цене российского вторжения, потому что они хотят еще больше поднять ее: это предмет, по которому оба киевских лагеря экспертов согласны. Они знают, что в их стране не так много военно-морского флота или военно-воздушных сил, и у нее нет современной системы противовоздушной обороны. Но Украина предприняла шаги по созданию сил территориальной обороны, которыми руководят профессиональные военные, и которые открыты для гражданских добровольцев. Небольшие группы энтузиастов, в том числе недавние ветераны восточного конфликта, уже сформировали собственные учебные подразделения. Согласно опросу, проведенному весной прошлого года, около 30% украинцев (и 46% мужчин) говорят, что они готовы вступить в вооруженную борьбу в случае вторжения. В интервью польским СМИ бывший президент Украины Петр Порошенко четко сформулировал это: Украина хочет, чтобы «каждый город и каждый дом стали крепостью. И чтобы тысячи гробов были отправлены в Россию».
Сама украинская армия также готова разделиться на более мелкие подразделения, которые труднее атаковать современным передовым оружием. Возможно, это не остановит российскую бомбардировку, но дело не в этом. Дело в том, чтобы заставить каждого, кто подумывает о долгосрочной оккупации, подумать дважды. Как заметил Загороднюк, даже самый фанатичный российский военный стратег должен понимать, что как только начнется вторжение, события выйдут из-под контроля. «Вы не знаете заранее, сколько людей вы потеряете, и как быстро вы их потеряете, — сказал он. — И вам определенно будет сложно контролировать всю территорию, на которую вы вторглись».
Но здесь возникает новый разрыв между Киевом и Вашингтоном, а также вторая причина, почему этот момент такой «очень, очень странный». Украинцам и в правительстве, и в оппозиции нетрудно понять, что их конфликт с Россией будет связан с насилием, потому что это уже происходит. Между тем американцы и европейцы отчаянно хотят решения, включающего не что иное, как дипломатию и санкции. На каком-то уровне Байден, кажется, понимает, что это, скорее всего, невозможно. Он публично пообещал усилить военную мощь Украины в случае вторжения, а также говорит, что перебросит больше оружия и техники в восточные государства НАТО. Дмитрий Кулеба, министр иностранных дел Украины, сказал мне, что, хотя он благодарен за это обещание, возникает вопрос: «Если Вашингтон видит, что угроза неминуема, то лучшее время для оказания нам дополнительной военной поддержки для усиления наших вооруженных сил — это сейчас, а не после начала вторжения».
В действительности, лучшее время для оказания Украине более значительной военной поддержки было восемь лет назад. Или пять лет назад. Или три года назад. Если бы США сделали это, то сейчас угроза российского вторжения была бы меньшей или отсутствовала бы вовсе, потому что Путин рассчитывал бы риски совершенно иначе. Но американцы не вмешались, потому что президент Барак Обама никогда серьезно не относился к России, потому что Трамп был на стороне Путина в глобальном противостоянии автократии и демократии, и потому что демократам и республиканцам было много о чем подумать другом с тех пор, как Байден вступил в должность.
Как нация, США начали забывать самый важный стратегический урок холодной войны: работает только сдерживание. Идея о том, что вы вкладываете средства в производство оружия ради поддержания мира, всегда звучала парадоксально, но десятилетия стабильности в Европе, благодаря как созданию НАТО в 1950-х годах, так и расширению НАТО в 1990-х годах, подтверждают это.
Если вы делите пространство с хулиганом, то должны быть достаточно хорошо вооружены, чтобы держать его на безопасном расстоянии.
Из Киева отношение Запада к России выглядит невероятно наивным. После вторжения России в Грузию в 2008 году американцы и европейцы постоянно удивлялись России, российской агрессии, российским территориальным амбициям, российскому вмешательству в наши политические системы, попыткам России разрушить наши союзы. Но хотя Путин меняет свою тактику, его долгосрочные цели уже давно совершенно ясны. В один год он может использовать дезинформацию, в другой — шантажировать газопроводами, в следующий — применять подкуп или насилие, но конечная цель всегда одна и та же: укрепить свою автократию, подорвать демократии — все демократии — и максимально усилить политическое влияние России. Разрушить НАТО. Дезинтегрировать Европейский Союз. Навсегда устранить американское влияние из Европы и отовсюду.
Американцам нужно перестать удивляться этому списку целей, а вместо этого начать составлять собственный список. Мы могли бы начать вот с чего: помочь сделать Украину успешной, процветающей, ориентированной на Запад демократией, которой Путин так явно опасается. Не принимать решения по Украине без Украины. И делать это не потому, что это хорошо для детей на катке в Киеве — делать это для того, чтобы такие мысли Путина уже не казались бы столь параноидальными. Действительно успешная, процветающая, ориентированная на Запад демократическая Украина будет представлять собой страшную идеологическую угрозу для России, а также для Беларуси и других автократий в регионе и во всем мире. Это докажет жителям других автократий, что они могут избежать власти своих алчных, жестоких лидеров. И наоборот, потеря Украины усилит диктаторов в Москве, Минске и даже Пекине.
Байден сказал, что хочет «доказать, что американская демократия все еще может делать большие дела и решать самые важные задачи». В основном он имеет в виду внутренние проблемы Америки. Но некоторые вызовы за рубежом также повлияют на уверенность и авторитет Америки в будущем. И один из них — помощь украинцам в защите украинской демократии.
_________________________________________________________________________________
Энн Эпплбаум — постоянный автор журнала The Atlantic, научный сотрудник политологического Института SNF Agora при Университете Джонса Хопкинса, занимающегося поддержкой демократии в мире, и автор книги «Сумерки демократии: соблазнительная ловушка авторитаризма».

Подпишитесь на нас Вконтакте, Facebook, Одноклассники


Загрузка...
1045
Похожие новости
18 января 2022, 19:33
17 января 2022, 13:18
17 января 2022, 08:18
18 января 2022, 15:48
18 января 2022, 08:18
19 января 2022, 13:03
Новости партнеров

 
 
Выбор дня
20 января 2022, 12:48
20 января 2022, 06:33
20 января 2022, 09:03
20 января 2022, 10:18
20 января 2022, 12:48
Новости СМИ
Новости партнеров
 
Новости СМИ
Популярные новости
18 января 2022, 19:33
15 января 2022, 13:48
14 января 2022, 00:18
14 января 2022, 11:33
16 января 2022, 21:03
15 января 2022, 08:48
14 января 2022, 02:48